в каком году скандинавы приняли христианство
Эра Викингов И Христианство В Норвегии
Первоначально скандинавы атаковали все монастыри и сожгли все церкви в Скандинавии, в своих родных странах, вот почему в Европе внезапно образовался поток поселенцев из Скандинавии в Эру викингов. Историки долго задавались вопросом, почему так много скандинавов внезапно эмигрировали, и в силу ряда причин не смогли увидеть очевидную тому причину. Простое обстоятельство состоит в том, что гражданская война в Скандинавии вынудила многих из них бежать и искать другое жильё.
Те, кто утверждает, что викинги были прежде всего торговцами, кажется, забывают, что скандинавы были торговцами и до Эры викингов, и даже в Бронзовом веке, приблизительно 4.000 лет назад, за 3.000 лет до Эры викингов, мы плавали вдоль побережья, вплоть до земель, что ныне зовутся Шотландией, и торговали с племенами, которые стали позже известны римлянам как пикты («окрашенные»). Торговля по обе стороны Северного моря как таковая началась, возможно, уже в IV или V веке, когда появились самые ранние варианты длинных лодок, используемых викингами. Другими словами, скандинавская торговля с остальной частью Европы существовала до, в течение и после Эры викингов, так что на самом деле она не имеет ничего общего с вышеупомянутыми событиями. Что делает Эру викингов особенной, так это атаки язычников на христиан, сначала в Скандинавии, а затем и в остальной части Европы, нападения, которые начались после того, как замыслы Карла Великого стали ясны каждому. Когда доблестные саксонцы окончательно потерпели поражение, Скандинавия оказалась под угрозой. До тех пор к нескольким христианским миссионерам в Скандинавии и их прозелитам относились терпимо. Христианские миссионеры прибыли в Скандинавию за сотни лет до того, вероятно уже в V или VI веке, но до наступления Эры викингов мы были столь глупы, что допустили их.
Большинство скандинавов зачастую смотрят с гордостью на Эру викингов, однако, это было ужасное время борьбы, культурного упадка и гражданской войны. Это была двухсотлетняя война против христианских государств Западной, Центральной и Южной Европы. Люди бежали в Исландию, Ирландию, Шотландию или другие районы Европы (и даже Америку), избегая бед, или они были вынуждены уехать в силу различных причин, и они не колонизировали эти части света, потому что они этого хотели, потому что наши предки были такими большими любителями приключений и исследователями, как многие любят думать. Скандинавы не есть и никогда не были большими любителями приключений или любознательны, чем другие европейцы. Мы даже не потрудились колонизировать Америку, даже при том, что мы знали, где она находилась уже в X или XI веке. И я могу добавить, что единственной причиной, по которой португальцы, испанцы и голландцы (а позже и другие европейцы) начали исследовать мир в XV столетии, была обыкновенная жадность, и ничто иное. У них не было к тому никаких благородных мотивов, это точно. Когда Америки и другие части света были наконец колонизированы европейцами, они были населены религиозными еретиками, которые бежали от религиозного преследования, мужчины, не наследовавшие фамильные владения в Европе, потому что у них были старшие братья, и т.д. В редких случая они были, если вообще были, «любящими приключения исследователями», что оставили Европу, потому что жаждали приключений, как люди в США любят верить. По этой причине в США прежде всего так много «белого мусора», жадности, невежества и преступлений, и так много религиозных фанатиков (и 8 миллионов евреев).
Это довольно неизвестное так называемое кельтское христианство объясняет, почему в Норвегии и некоторых районах Швеции можно найти только деревянные церкви, и почему только деревянные церкви строились до 1349 года. Католики не строили деревянные церкви. Эти деревянные церкви были гностическими церквями, построенными в честь дракона, змея в райском саду, который в гностическом христианстве считался символом Иисуса/Люцифера, восстающего против тирана, который нам известен как Иегова (или Аллах или Яхве или «бог»), демиурга. Истинным «богом» по их мнению был Абраксас (Abraxas). По этой причине архитектура этих церквей была настолько отлична от католических церквей: крыши деревянных церквей были покрыты материалом, напоминающим кожу дракона, кресты были кельтскими, вместо католических крестов, и деревянные церкви были украшены змеиными головами! Они являлись храмами дракона!
Британские миссионеры в Эру викингов не говорили об Иисусе Христе, но назвали его «Kvitekrist» («Белый Христос»), потому что они связали его с «Белым» диском (Солнцем) на небесном своде, число которого, как они поразительно утверждали, было 666 (как по-прежнему утверждает большинство оккультистов). Для них 666 было числом Солнца и Иисуса! Именно это Солнце пробуждало змей (дракона) весной, и когда Норвегия была обращена в христианство, древнее поклонение Солнцу слилось с гностической верой и являлось официальной религией в Норвегии в течение более чем четырёхсот лет!
Объяснением тому служит конечно же тот факт, что Норвегия фактически никогда не обращалась в христианство в общепринятом смысле. В 1030 году норвежцы были официально обращены в веру, представлявшую из себя смесь языческих верований, включая поклонение Солнцу и гностическую форму христианства. Когда они столкнулись с датскими католическими священниками в XV столетии, пытавшимися обратить их в католичество, многие из них дали отпор силой.
В следующий раз, когда Вы зададитесь вопросом, почему в Норвегии так много групп Чёрного Металла, чем в других странах, и в следующий раз, когда Вы зададитесь вопросом, почему всё это началось в Норвегии, подумайте о том, что я сказал Вам в этой статье. (между прочим, Dissection из Бохуслена в Швеции, так что их можно было бы с лёгкостью также назвать норвежцами).
Если Вы когда-нибудь спросите об этом какого-нибудь норвежца, он или она скорее всего ничего об этом знать не будет, потому что это тайная история, которую скрывали от нас в течение сотен лет! Официальная история утверждает, что мы были католиками, а наши норвежские короли были просто немного раздражены и эгоцентричны, и именно поэтому они выступали против римских пап. Они любят выдумывать байки о прошлом, и делают всё возможное, чтобы история представила их в выгодном свете. У них совершенно отсутствует уважение к правде, точно так же, как и у других правителей в нашем современном мире. Так что пользуйтесь этим редким пониманием прошлого. Если бы не «нацистские свиньи», подобные мне, Вы даже не услышали бы об этих вещах. Задумайтесь над этим на одну-две минуты.
Спасибо за внимание, и за то, что выпили со мной из Источника Mímir («Памяти»).
Примечания
1 В 1994 году, когда Швеция, к сожалению, стала частью ЕС, в то время как Норвегия мудро проголосовала против членства в ЕС (
), множество шведов, живущих в этих районах захотело, чтобы они были возвращены Норвегии.
2 В Норвегии даже сегодня есть «тамплиеры», которые утверждают, что их орден неизменно существовал, начиная с Эры крестовых походов. Я сам встретил одного из них в тюрьме, или скорее я встретил «павшего» тамплиера. Он был изгнан из ордена, когда они узнали, что он был преступником. Он с энтузиазмом рассказал мне об их ритуалах и верованиях (таков «обет хранить молчание»), и я думаю, что их можно лучше всего охарактеризовать, как своего рода масонов.
Варг «Дикий» Викернес
Ноябрь и декабрь 2004 г.
Если хотите мира, готовьтесь к войне (Вегеций)
Православная Жизнь
Чтобы понять красоту народа, надо обратить сердце к его святым и писателям, к их жизням, мыслям, словам, поступкам.
Только тогда мы сможем взглянуть на этот народ так, как его видно с Неба. Тогда мы глубоко разглядим его неповторимость в бытии и ещё раз порадуемся Господней мудрости, которая благословляет цветущую разницу мироздания!
Нестор Летописец говорил, что каждый народ играет свою важную часть той мировой симфонии смысла и красоты, которую сотворил Господь.
И теперь мы поговорим о том, как к православию пришел самый дерзкий и агрессивный народ Средневековья – легендарные викинг. О них в наше время снято столько фильмов и написано столько фантастических книг, но мало кто знает, что викинги в своё время приняли православие и эта новая вера положила конец их походам.
Если для ирландцев до принятия ими христианства согласие души с волей богов было важнее внешнего благополучья, то у викингов (сами себя они звали северные люди, северяне) всё было по-другому. Викинги – из германских племён, которые позднее станут основной составляющей частью современной Европы.
Северяне жили на побережье Норвегии, в Швеции и Дании – всё это были викинги. Они являлись идолопоклонниками, но не имели ни языческих храмов, ни отдельно существующих в их народе жрецов. Иногда только женщины были прорицательницами и ещё поэты-скальды, песням которых приписывали магическую силу, так как чаще всего служили военным вождям – ярлам.
Жили викинги хуторами – их иногда и зовут в науке «эгоцентричные хозяева хуторов» – объединяясь лишь для общих дел и набегов.
Викинги изучены хорошо, но сама причина, по которой они стали совершать набеги, неизвестна. Не раскрыты стимул, причины походов этого некогда относительно мирного народа фермеров и рыболовов. Известно только, что за два поколения до 793 года неожиданно меняются внутренний строй жизни людей, живших в Норвегии, Дании, Швеции, вид резьбы по дереву, камню, кости (а резьба – основной вид искусства викингов), до того повсеместен «звериный стиль» – и на кораблях, и на сундуках были эти жестокие звери. И вдруг появляется новый стиль – «хватающий зверь», ещё более жестокий – драконьи и змеиные морды. В новом стиле запечатлён новый образ мышления викингов – злые хватающие звери не для украшения, а для вселения страха во врагов.
Ещё одно качество сильно выразилось у викингов после начала походов в 793 году – желание славы. Они верили, что только тот, кто погиб в бою, попадает в Валгаллу (положительное посмертное место в язычестве викингов. Интересно, что и там люди без перерыва пировали и сражались друг с другом. Только убитые в Валгалле оживали на следующее утро и продолжали пировать и сражаться. А ведь это образ посмертного существования викингов, отражающий два основных их желания – удовольствия и слава, добытая в бою.
Но Валгалла не вечна – когда-нибудь в битве с великанами погибнут Асы и Ваны (божества викингов) и все люди, кроме нескольких, то есть постоянной вечной жизни нигде нет. Остаётся только слава, которая никогда не умирает, и каждый этой славы хотел лично для себя. В века походов (VIII–XI в.) каждый викинг был попеременно то фермером, то воином и желал быть лучшим и славнейшим во всём. Желание славы было побуждением к действию – и в бою, и дома, и в любви, и даже в труде на ферме (а каждый такой хутор имел своё фермерское хозяйство).
Бывало, завозя форель на разведение в горное озеро, викинг выбивал надпись на камне возле озера: «Форель завёз такой-то». Если он сам не умел писать, за него писал грамотный резчик. Но, увековечив событие – завоз форели, в конце добавлял: «Эту надпись сделал такой-то». Желание славы было у северян и до начала походов. Так, ещё в «Старшей Эдде» (в мифах викингов) есть, например, такие строки:
Гибнут стада,
родня умирает,
и смертен ты сам;
но смерти не ведает
громкая слава
деяний достойных.
Гибнут стада,
родня умирает,
и смертен ты сам;
но знаю одно,
что вечно бессмертно:
умершего слава.
Из всех народов тогдашней средневековой Европы викинги дольше всего не хотели знать о новой вере в «Доброго Бога», «Белого Бога», как называли Христа северяне.
Миссионеры не раз и не два посещали этих грозных воителей, но всякий раз попытка обращения проваливалась. Даже самая известная миссия святого Ансгария Гамбургского (православный епископ-миссионер, годы жизни: 801–865) не принесла ощутимых плодов.
Викинги несколько веков подряд оставались грозой тогдашнего мира.
Феодальная раздробленность Европы тех времен, отсутствие какого бы то ни было постоянного ополчения, направленного на защиту той или иной страны, обособленность людей и феодалов не давали возможности организовать какую-то серьезную оборону побережий.
Корабли викингов были созданы со всей гениальностью тогдашней инженерной мысли, они могли заходить в самые мелкие реки, приближаться непосредственно к берегу, а где нужно – северяне тянули их волоком на брёвнах.
А поскольку викинги были не только воинами, но и купцами, они точно знали, где и в каких городах нет значительной охраны. Знали и о многих монастырях Европы, и о хранящихся там сокровищах. Ведь в известных обителях были мощи почивших святых, веками совершались чудеса помощи и исцеления, и благодарные люди в ответ приносили дары в обители. Эти дары хранились, и за века их собиралось довольно много.
И если для христианских воинств монастыри считались чем-то неприкосновенным, то для викингов они были всего лишь неохраняемым источником хорошей добычи. Потому и самое первое зафиксированное в истории нападение викингов произошло на известнейший английский монастырь святого Кутберта, что на острове Линдисфарн. Тот монастырь, о богатстве которого викинги разведали, посещая его как купцы.
Дата нападения викингов на Линдисфарн – 8 июня 793 г. Именно этот день указывается в «Линдисфарнских анналах», составленных в XII в. С этой даты начинается отсчёт эпохи походов северян.
Хотя в «Англосаксонской хронике» упоминается нападение неких морских разбойников, приплывших неведомо откуда и разграбивших Дорсет в 787 году, где на побережье Портленда произошло первое зарегистрированное нападение викингов на британские острова. После чего последовало 5 лет затишья, а потом начались регулярные походы викингов, плывших за добычей. В такие походы мог уйти один викингский драккар, а могло и несколько десятков кораблей, прекрасно выносивших морские путешествия, очевидно, лучших кораблей тогдашнего мира.
Длина наиболее крупных драккаров достигала 36 метров. На носу крепилась резная голова дракона (отсюда и происхождение названия типа корабля), а по бортам размещались щиты. Команда таких кораблей состояла из 60–100 воинов, что по тем временам было большим и опасным отрядом. Тем более если к побережью неожиданно подплывало несколько таких кораблей.
У тогдашних северян была поговорка: «Корабль – жилище скандинава».
Все они любили такие походы, стремясь равно к добыче и славе. Это желание было настолько всеобщим среди викингов, что в их языке слово «домосед» означало «дурачок».
В течение нескольких веков викинги были грозой побережий и монастырей. В тогдашних храмах священники в ектениях возносили прошение к Господу: «И избави нас от ярости норманнов!».
То тут, то там викинги завоевывали себе участки побережья, прибрав к рукам значительную часть Англии, некоторые районы Франции.
К вере христиан викинги относились несерьезно. Это связано с тем, что среди германских племен вообще процветал культ силы (о чём пишут ещё историки-хронисты Древнего Рима). Война считалась для германцев более естественным и правильным состоянием жизни, чем мир. В наибольшей мере эти представления выражались среди викингов. Их нужно было чем-то удивить. Слов было недостаточно. Для этого народа требовалось что-то необыкновенное, чтобы впечатлить викингов.
Иностранным проповедникам они верить отказывались, почитая силу и зная на опыте сражений, что монахи – никудышные воины, викинги не желали верить религии тех, кто не силён. Для их обращения нужен был святой, который смог бы продемонстрировать им силу Божью. И такой человек нашелся. Точнее, конечно, православные подвижники и святые были в Европе и раньше, но судьбоносная встреча произошла при конунге Олаве.
О́лав I Трю́ггвасон, 963–1000) – король Норвегии c 995 по 1000 год, правнук короля Харальда Прекрасноволосого, первую половину своей жизни был язычником, хотя и слышал уже о новой вере во Христа. Как-то, путешествуя с дружиной, он узнал, что на одном из островов Силли (тогдашние «Сюллинги», юго-запад Англии, 45 километров от Корнуолла) живёт удивительный отшельник (скорее всего, из ирландских монахов), которому открывается будущее. Олав, желая расспросить провидца, прежде испытывает его, посылая к нему воина, переодев того в одежду себя самого́.
Дальнейшие события показались людям столь значимыми, что были записаны в сагах и воспеты в песнях.
«И вот, когда посланец явился к прорицателю и сказал, что он – конунг, то получил такой ответ:
– Ты не конунг, но я советую тебе быть верным твоему конунгу.
Больше ничего не было сказано посланцу. Тот вернулся и сказал Олаву об ответе прорицателя. Олаву теперь ещё больше захотелось встретиться с ним, когда он услышал о его ответе, так как теперь он перестал сомневаться в том, что тот действительно прорицатель. Олав отправился к нему и имел с ним беседу. Олав спросил у него, что он ему предскажет – будет ли он править державой и какова будет вообще его судьба. Тогда отшельник ответил ему святым прорицанием:
– Ты будешь знаменитым конунгом и совершишь славные дела. Ты обратишь многих людей в христианскую веру и тем поможешь и себе, и многим другим. И чтобы ты не сомневался в этом моем предсказании, я дам тебе такой знак: у тебя на кораблях будет предательство и бунт. Произойдет битва, и ты потеряешь несколько своих людей, а сам будешь ранен. Рану твою посчитают смертельной, и тебя отнесут на щите на твой корабль. Но через семь дней ты исцелишься от этой раны и вскоре примешь крещение» («Сага об Олаве, сыне Трюггви»).
Так конунг впервые в жизни встретился с православным старцем-прозорливцем, и, когда всё предсказанное относительно бунта на корабле, раны и выздоровления исполнилось, «тогда Олав увидел, что этот человек сказал ему правду и что он настоящий прорицатель… Олав пошел поэтому во второй раз к этому человеку и долго с ним беседовал. Он распрашивал его, откуда у него такая мудрость, что он может предсказывать будущее. Отшельник ответил, что Сам Бог христиан открывает ему всё, что он хочет знать, и он рассказал ему также о многих чудесных делах Бога.
Благодаря этим увещеваниям Олав согласился принять крещение, и вот Олав и все его спутники крестились. Он довольно долго оставался там и учился правой вере, и взял с собой оттуда священников и других учёных людей» (Сага об Олаве, сыне Трюггви).
И неудивительно: будь ты хоть конунг, но от старца всегда не хочется уезжать. Всё сказанное Олаву отшельником в точности исполняется – и он становится первым христианским королём Норвегии, начавшим христианизацию этой страны, которую продолжит уже знаменитый О́лав II, Святой, Харальдссон, который 3 августа 1031 года будет прославлен в Норвегии в лике святых.
Современные православные верующие в Скандинавии почитают святого Олава II, а в 2013 году в Норвегии был открыт православный монастырь, посвящённый памяти этого отважного конунга и вождя, сумевшего разглядеть в жизни важнейшее и свою силу и доблесть принести к престолу Господню.
В каком году скандинавы приняли христианство
Патриаршество — новая тема на портале «Богослов.Ru»
20 ноября этого года исполняется 75 лет со дня рождения Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Читать дальше
Тема недели: Патриаршество
Новые материалы
1. Особенности и этапы христианизации в Скандинавии
Статья представляет собой краткий обзор истории христианизации Скандинавского региона. В русской церковно-исторической науке данная тема фактически не разработана. Автором схематично представлены этапы и особенности христианизации Дании, Швеции и Исландии. Отдельно и более подробно исследуется вопрос христианизации Норвегии, вплоть до крещения страны Олавом Харальдссоном в начале XI века. Это обусловлено профессиональным интересом автора именно к истории христианства и евангельской проповеди в Норвегии.
Знакомство скандинавов с христианством состоялось задолго до официального принятия новой веры в этих странах. Первая христианская миссия в Скандинавию датируется началом VIII века, но видимых плодов эта миссия не принесла. Исследователями отмечается, что процесс христианизации в Скандинавии занял долгое время, так как в целом скандинавы не были расположены к принятию новой религии. Формальный процесс их христианизации завершился лишь в конце XI – начале XII вв. Христианство в Скандинавии наложило заметный отпечаток на религиозную жизнь и обряды, которые в последние десятилетия были лучше изучены благодаря новым археологическим исследованиям. Эти исследования сосредотачиваются, прежде всего, на изучении погребальных обрядов в Скандинавии до ее обращения в христианство и в последующий за этим период. Также детально учеными изучались языческие и христианские символы, и, как одно из самых ценных свидетельств, рунические надписи.
В хронологическом порядке принятие христианства в Скандинавии и скандинавском регионе выглядит следующим образом:
Данный порядок представляется достаточно условным, хотя Дания по праву находится во главе этого списка, потому что первым скандинавским правителем, принявшим крещение, был датский конунг Харальд Клак. Это произошло в Майнце в 826 году. Примечательно, что процесс христианизации в этих странах шел практически параллельным курсом, с некоторыми рецессиями, или, напротив, всплесками. Некоторые особенности, о которых будет упомянуто ниже, наблюдаются в Исландии. В целом же трудно, почти невозможно точно датировать этапы христианизации в отдельных местностях, областях, городах этих скандинавских стран.
Феномен викингов, который обозначил собой целую эпоху в истории европейской цивилизации, и, прежде всего, Северной Европы, непосредственным образом отразился и на тех странах, откуда викинги были родом. В сознании людей и многих ученых существует стереотип жестокости викингов, держащих в страхе всю Европу. Принято думать, что викинги совершали нападения, грабили, убивали мирных жителей и забирали их богатства.
Такие путешествия влекли за собой знакомство викингов с христианской к тому времени культурой Европы. Викинги зачастую оставались на службе при королевских дворах Европы, в Англии и Франции. Некоторые доплывали до Византии и поступали на службу к императору. Здесь они могли видеть великолепные соборы и посещать величественные богослужения, слушать чудесные песнопения и знакомиться с христианским искусством. Со временем многие из них принимали христианство.
Норвежские конунги Олав Трюггвасон и святой Олав Харальдссон познакомились с христианством и приняли крещение, находясь именно в плаваниях и проходя службу у английских королей. Вернувшись к себе на родину, они прилагали усилия к просвещению всего норвежского народа.
Безусловно, не все, принимавшие новую веру, делали это вполне искренне. Сохранились свидетельства того, как новообращенные викинги обвинялись в сознательной неискренности и непостоянстве в новой вере.
Что касается христианизации Скандинавии как региона в целом, то «во многих ее частях был длительный период, в некоторых областях до 200 лет, когда сосуществовали старая и новая религия».
2. Христианство в Дании
Харальд Клак был одним из небольших конунгов Ютландии. В борьбе за власть нужна была поддержка, за которой он и обратился к королю Людовику. Король оказал поддержку конунгу. В спутники на обратную дорогу по инициативе короля Людовика конунг получил миссионера, французского монаха Ансгария. Однако поначалу не состоялась ни политическая, ни религиозная сторона этой императорской акции на север. Харальд с Ансгаром должны были, вследствие новых политических интриг, бежать в северную Германию.
Эта первая миссия в Данию и Швецию фактически зависела от усилий одного человека, святого Ансгария, «апостола северных народов». Ансгарий построил церковь сначала в Хедебю, в Дании, а затем им же была построена церковь в Бирке (Birka, острове Бьёркё), крупном торговом центре Швеции. Эти усилия были поистине апостольскими, но плоды его проповеди произросли не сразу.
Окончательное устройство и организацию церковь в Дании получила в правление Кнута Могучего (+1035). Именно в его правление Дания получила собственную архиепископскую кафедру. Миссионерский период, продолжавшийся почти 300 лет, был завершен.
3. Христианство в Швеции
Начало христианизации Швеции также самым тесным образом связано с именем святого Ансгария. Как упоминалось выше, святой Ансгарий после построения храма в Хедебю (Дания) отправился в Швецию. Именно здесь, в Бирке, (Birka, острове Бьёркё), одном из крупных торговых узлов, он имел больший успех, чем в Дании. Здесь святому удалось построить первую в Швеции церковь. Это произошло в 829 году.
Некоторые исследователи не исключают, что знание о христианской вере и церковных идеалах, как в восточной, так и западной форме могло достигнуть свеев еще раньше, возможно, уже в VI веке, хотя никаких письменных свидетельств об этом не сохранилось.
В 850 году святой Ансгарий повторно приезжал в Бирку. И, хотя народ был настроен против принятия новой веры, мудрый святой получил у шведского конунга Олава разрешение на совершение Литургии, возможность проповедовать и крестить тех, кто выразит желание.
Адам Бременский донес до нас имя еще одного миссионера, епископа Унни, по всей видимости, выходца из Англии. Он проповедовал вестготам в первой половине X века. Около 930 года побывал в Дании, где не был принят, затем проповедовал на Готланде и в Бирке. Епископ Унни претерпел мученическую кончину.
Исследования рунических надписей свидетельствуют, что христианские идеи были усвоены большей частью населения Швеции в XI веке.
Это событие описано в 26-28 главах «Хроники» Адама Бременского. Не вдаваясь в тонкости вопроса, отметим лишь, что этот факт, который фактически невозможно проверить, влечет за собой много вопросов у исследователей. Недоумение вызвано тем, что данные археологии дают основания с очень большой долей вероятности утверждать, что к этому периоду языческая религия фактически исчезла и, во всяком случае, не представляла серьезной конкуренции христианству.
Христианизация в Швеции происходила в течение долгого времени. В Швеции неизвестны случаи насильственного обращения в веру. Не сохранились также документы, свидетельствующие о массовом обращении шведов. Возможно, именно поэтому некоторые исследователи считают, что Швеция приняла христианство позже своих соседей, хотя, как мы уже отмечали, такие утверждения могут быть приняты лишь с определенной долей условности.
4. Христианство в Исландии
Исландию, которая, строго говоря, не является частью Скандинавии, тем не менее относят к Скандинавскому региону. Исландия была открыта в VIII веке ирландскими монахами. Они обосновались на острове. Таким образом, Исландия – единственная в мире страна, которая была необитаема, до того момента, как туда приплыли монахи и поселились там. Ирландские монахи, несмотря на несовершенство своих судов, безбоязненно плавали по всему Скандинавскому региону. Они предпринимали опасные путешествия в поисках более спокойного места для подвижничества, а также с целью христианской проповеди народам, не слышавшим о Христе. Многочисленные топонимы христианского происхождения свидетельствуют об обширной географии их плаваний.
Исландские источники подтверждают, что ирландские монахи поселились в Исландии раньше других европейцев. Первым европейцем с континента, приплывшим в Исландию, был швед Гардар Свафарссон. Он попал в Исландию случайно, потому что его корабль во время шторма сбился с курса. Это случилось около 862 года. На обратной дороге в Швецию он поведал о новой земле норвежцам.
В 867 году норвежец Ингольф Арнасон впервые отправился в Исландию, а через три года, в 870 году он совершил свое второе путешествие. С этого момента началось массовое освоение Исландии.
Предположительно толчком к такому переселению послужило недовольство норвежцев политикой первого норвежского объединителя Харальда Прекрасноволосого (+933). Недовольство было вызвано прежде всего тем, что объединение разрозненных областей Норвегии в единое целое влекло за собой значительное ослабление власти мелких конунгов и областных правителей. Возможно, это было отчасти связано и с новыми централизованными налогами. В период с 870 по 930 около 20 000 норвежцев переселились на остров вместе со скотом и домашней утварью.
Этому предшествовала миссия, посланная архиепископом Гамбургским Адалдагом около 980 года. Затем в 997 году норвежский конунг Олав Трюггвасон предложил исландцам принять христианство. По одной версии, исландцы согласились принять христианство, но потом вернулись к язычеству. Услышав об этом, Олав Трюггвасон послал с посольством к своим соплеменникам двух знатных христиан-исландцев. Он пригрозил уничтожить всех жителей острова, если они не одумаются и не примут вновь христианство.
Эти аргументы подействовали, и исландцы окончательно перешли в христианство. Саги донесли до нас имя первого священника, присланного Олавом Трюггвасоном. Его звали Пормодр. Ему выпала нелегкая задача – совершить в одиночку крещение всех жителей Исландии. После этого на острове была устроена постоянная церковь, были присланы священники. А первый епископ в Исландии появился в 1056 году.
Подводя итог, можно отметить, что контакты скандинавов с другими народами послужили своеобразным мостиком, через который христианство осторожно вступило на скандинавскую землю задолго до официального крещения народа конунгами и установления церковной иерархии. Чаще всего именно с принятием конунгами крещения начинался полноценный процесс христианизации. Вслед за конунгами часто следовала знать и зажиточные люди, которые охотно строили в своих владениях церкви и порой содержали духовенство. В то же время захоронения в шведской Бирке свидетельствуют: нередко простолюдины принимали христианство раньше своих правителей.
5. Христианство в Норвегии до святого Олава
5.1. Хронология основных направлений и формы христианизации Норвегии
О христианстве в Норвегии до X века можно говорить, опираясь в большой степени на новейшие данные археологии и истории. Но чем дальше мы будем удаляться вглубь веков, тем более наше исследование будет принимать характер гипотезы, логического построения.
Фритьоф Биркели, епископ Церкви Норвегии, автор нескольких работ, посвященных истории христианства в Скандинавии, справедливо замечает, что, безусловно, христианство проникло в Норвегию через другие страны Европы, расположенные по соседству. Ф. Биркели выделяет пять возможных вариантов того, через какие страны христианство могло прийти на норвежскую землю.
Возможно, впервые семя христианского благовестия заронили здесь еще в IV веке германские племена, которые познакомились с христианством в полуарианском варианте благодаря готскому епископу Вульфиле (ок. 331-38). Полуарианство, как известно, получило сильное распространение среди южно-германских племен.
Другая версия, которую выдвигает Ф. Биркели, основывается на том факте, что с IV века христианство становится сначала дозволенной, а потом государственной религией в Римской империи. Поэтому можно предположить, что новую веру в отдаленные части империи (прежде всего, в Галлию и Британию) принесли с собой римские легионеры.
Третья возможность – ирландско-кельтское христианство, имевшее ярко выраженный восточный характер, с монашеским и монастырским укладом, хотя в первое время без строгой церковной организации. Одной из характерных особенностей ирландского монашества была миссионерско-просветительская деятельность, в том числе и далеко за пределами изначальных поселений.
Четвертая версия связана с завоеванием англосаксами Британских островов. Папа Григорий Великий Двоеслов направил туда в 597 году миссионерскую группу, которая обнаружила остатки церквей более раннего периода. Англосаксонская церковь тоже отличалась большой миссионерской деятельностью во многих частях Европы.
Наконец, пятая гипотеза, предложенная епископом Фритьофом Биркели, состоит в возможной роли Франкской церкви, которая, будучи в подчинении церкви Рима, в то же время непосредственно управлялась королем и вела независимую миссионерскую деятельность среди германских племен, не обращенных в арианство. Во время правления императора Карла Великого (742-814) было организовано несколько миссионерских походов. Безусловно, отголоски этой миссионерской деятельности не могли не звучать в сопредельных с империей территориях: в Дании, Норвегии, Швеции.
Если говорить в целом о предпосылках к христианизации Норвегии, то, по единодушному мнению исследователей, уже задолго до главных событий, которые изменили ход истории Норвежского государства, на этой территории выделяется длительный период неофициальной, или, другими словами, естественной христианизации страны.
Многочисленные археологические находки, прежде всего на юге и западе Норвегии, свидетельствуют о развитых контактах, которые существовали в течение двух-трех последних веков первого тысячелетия. Путешествия викингов, речь о которых шла выше, сопровождались не только негативными явлениями и результатами. Они служили также и взаимопроникновению различных культур. Прежде всего, происходило обогащение северян духовными и культурными ценностями передовых европейских стран. Контакты с Византийской Империей, с ее богатейшей культурой, развитым христианским мировосприятием, «цивилизованным» законодательством являлись сильнейшим фактором культурного воздействия на тех, кто знакомился с этим христианским миром.
Интересно, что оценка процесса христианизации Норвегии и в целом Скандинавии у представителей различных научных школ в этих странах существенно отличается. Одни считают, что христианство своим приходом в Норвегию целиком и полностью обязано конунгам-просветителям, их личной инициативе, идеологическим воззрениям. Другие, не умаляя решительной роли конунгов, полагают, что предпосылки к христианизации существовали до них, и сама христианизация страны началась раньше. Иными словами, ко времени начала официальной христианизации, некоторые норвежцы уже приняли крещение, другие же, так или иначе, слышали о новой вере.
5.2. Святой Ансгарий
Святой Ансгарий или Ансгар, о котором мы уже не раз упоминали в контексте повествования о христианизации Дании и Швеции, именуется «Апостолом Севера». Поэтому логично рассмотреть возможность влияния его проповеди на Норвегию.
Святой Ансгарий родился около 801года во Франции. Он происходил из знатной пикардийской семьи, проживавшей недалеко от Корби (Corbie). В юном возрасте Ансгарий вступил в Бенедиктинское аббатство в Корби. С 823 года преподавал в монашеской школе в Корвее, «Новом Корби» (Corvey), в Вестфалии, после чего по просьбе датского короля Харальда Клака был направлен королем Людовиком Благочестивым для просвещения Дании. После падения Харальда, Ансгарий вернулся на родину, а затем вновь отправился в путешествие и побывал на этот раз в Швеции.
В 831 году король Людовик призвал святого Ансгария, поставил его настоятелем Корвея и определил ему быть епископом новообразованной Гамбургской епархии (до этого была единая Гамбургско-Бременская епархия). В 832 году он был посвящен в епископы и организовал миссию ко всем скандинавским народам. Затем он побывал в Риме, где папой Григорием IV был возведен в сан архиепископа и назначен папским легатом к скандинавам и славянам.
Нам достоверно известно, что святой Ансгарий проповедовал в Дании и Швеции. С высокой степенью вероятности можно говорить о том, что это была первая официальная церковная миссия в Скандинавии. Однако никаких свидетельств о возможном посещении святым в Норвегии не сохранилось. Скорее всего, таких путешествий он не предпринимал.
Общая позиция ученых по вопросу взаимосвязи между проповедью святого Ансгария и христианизацией Норвегии может быть обобщенно выражена так: «Северный «апостол», Ансгарий, побывал лишь в Дании и Швеции. Его пребывания были краткими, но очень важными. Никакого прямого влияния на христианизацию в Норвегии и Исландии он не оказал. Но косвенное влияние, безусловно, было».
5.3. Святая Суннива. Ирландское влияние
Святая Суннива собрала тогда весь свой народ и сказала им: «Мои возлюбленные друзья, я собрала вас здесь, чтобы обсудить положение в нашей стране, которой мы вместе управляли». Далее она обрисовала ту ситуацию, в которой она оказалась. Святая сказала о своем желании расстаться с горестями и переживаниями земной жизни и о своем желании последовать за Христом Спасителем. Она предложила тем, кто бы этого хотел, отправиться с ней, а кто предпочел остаться на родине, волен был сделать так.
Освободив свой народ от всех обязанностей по отношению к ней как к правительнице, она стала готовиться покинуть Ирландию. Но народ очень любил Сунниву за ее доброту и благочестивую жизнь, и поэтому многие не захотели разлучаться со своей любимой правительницей. Святая Суннива села на три корабля с многочисленным народом, который решил последовать за ней, и отправилась в плавание. После долгого плавания корабли попали в шторм возле норвежских берегов и вынуждены были разлучиться. Таким образом, один из кораблей оказался на острове Кинн. Два других корабля, на одном из которых находилась святая Суннива с остальными людьми, приплыли к необитаемому в то время острову Селье. Оба этих острова находятся у западного побережья Норвегии среди других многочисленных островов.
Здесь люди и поселились в пещерах, в изобилии имеющихся на острове. Они проводили время в молитвах, а питались в основном рыбой. Как говорит житийное повествование, через некоторое время их пребывание было обнаружено норвежцами, которые стали подозревать и обвинять чужеземцев в похищении скота. Они обратились к Хокону Ярлу (Håkon Sigurdsson +995), прося его помощи. Хокон отправился со своими воинами на остров, чтобы наказать пришельцев.
Ирландцы, услышав, что на них плывет норвежское войско, стали усердно молиться, чтобы Господь спас и сокрыл их от преследователей. Они не боялись смерти, они боялись попасть в руки язычников и предать свою веру. Тогда, как повествует сказание, Бог услышал их молитву: с неба стали падать камни и покрыли людей в каменных пещерах, где они находились. Когда ярл прибыл на остров, то, к своему удивлению, он никого там не нашел.
К власти пришел Олав Трюггвасон (+1000). Конунг Олав, который был христианином, услышав от двух Тордов известие о необычном свете, предложил им, прежде всего, принять крещение и стать его друзьями. Те согласились, были крещены, научены вере и с богатыми дарами отпущены. Через некоторое время Олав сам попал на остров. Вместе со своими людьми он раскопал пещеры и в одной из них нашел тело святой Суннивы, которое было неповрежденным. Она лежала в пещере, как будто спала. После этого Олав построил рядом церковь.
Впоследствии там был организован бенедектинский монастырь. В 1170 году тело святой Суннивы было перенесено в Берген, в церковь Христа Спасителя. Она стала покровительницей Бергена. На острове Селье была даже устроена епископская кафедра.
Эрик Рекдал в своем эссе «Дева с Запада. Святая Суннива – первая норвежская святая?» также высказывает мысль, что сейчас сложно со всей вероятностью сказать, идет ли здесь речь о реальной святой. Для нас важно то, что Рекдал считает существование этой традиции почитания святой Суннивы ярким свидетельством ирландского влияния в христианизации Норвегии. А историческая реальность «людей из Селье», как их принято называть в исторической литературе, никогда не подвергалась сомнению. По всей видимости, это были ирландские монахи.
5.4. Хокон Добрый
Хокон, как мы уже сказали, стал христианином в Англии, но в первые годы своего правления сохранял свою веру в тайне. Когда он посчитал, что его власть достаточно окрепла (около 950 года), он выдвинул требование, чтобы Норвегия стала христианской. Возможно, он сам поехал в Англию, которая ему была очень близка. Там, в знаменитом аббатстве в Гластонбери, он попросил монахов поехать с ним, чтобы проповедовать и учить в окружении конунга, то есть под его покровительством. Вернувшись, он начал проповедовать новую веру, были построены первые церкви. Кроме того, Хокон ввел празднование воскресного дня, установил пост в пятницу.
Таким образом, мы вновь видим свидетельства о христианских мучениках на норвежской земле, а, значит, и предпринятые труды Хокона Доброго не были напрасны.
Сейчас довольно трудно судить, насколько глубокой и искренней была вера конунга Хокона. Сложно судить и о том, почему он поддался на уговоры и принял участие в языческих торжествах. Возможно, по мягкости своего характера и не желая огорчить свое окружение, возможно – из страха.
В 960 году Хокон Добрый пал в борьбе с датчанами и своими политическими соперниками. Его окружение и народ дали совершить погребение конунга по языческим обычаям.
5.5. Олав Трюггвасон
Гораздо более успешной, по единодушному мнению исследователей, была миссионерская деятельность конунга Олава Трюггвасона. Олав Трюггвасон – одна из самых ярких фигур в истории Норвегии. Его жизнь подробно освещена в повествованиях саг и в других источниках скандинавской истории. О нем написано много литературы – как художественного, так и научно-исторического характера. Его правление подготовило почву для переломного момента в истории Норвегии: перехода от язычества к христианству и окончательному объединению страны.
После смерти Хокона Ярла к власти в Норвегии пришел конунг Олав Трюггвасон. Он родился в 968 году. Согласно повествованию саг, Олав был сыном Трюгве Олавссона, внука Харальда Прекрасноволосого. В раннем возрасте Олав лишился отца, который был убит, и был вынужден бежать со своей матерью Астрид, но по дороге на них напали пираты и разлучили их. Олав был продан в рабство. Через несколько лет его дядя Сигурд, который служил при дворе равноапостольного Владимира, отправился для сбора налогов в Эстланд. Увидев здесь на одном из рынков Олава, он заинтересовался светловолосым мальчиком, который не был похож на других детей в той местности, и, спросив у него о его происхождении, признал в нем своего племянника. Тогда он с радостью выкупил его и привез в Россию. Это произошло около 977 года.
Олав Трюггвасон начал свою проповедническую и объединительную деятельность в Вике, где люди легко принимали новую веру, так как этот район долгое время испытывал духовное воздействие «христианского» континента. Затем Олав продолжил свою деятельность вдоль берегов Сёрланна, Южной Норвегии и Вестланна. В Мостере он собрал тинг в 996 году. Результатом тинга стало то, что Южный Вестланн принял христианство. Таким образом, большая часть побережья Южной Норвегии приняла крещение. Потом Олав направил свои усилия в сторону Трёнделага и Хологаланна. Здесь древние верования были укоренены глубже, а это означало, что конунг сам должен был находиться все время на месте, чтобы народ не возвращался вновь к своим языческим традициям и обрядам. В полной мере осознавая стратегическую важность региона Трёнделаг, Олав основал там первую столицу Норвегии – Нидарос, будущий Тронхейм.
Снорри описывает Хокона Доброго, Олава Трюггвасона и Олава Харальдссона как героев. Проникнув глубже литературных украшений, можно легко увидеть, что между ними много схожего. Прежде всего, они были национальными объединителями, развивали государственное устройство таким образом, чтобы оно способствовало укреплению страны/державы как единого целого. Все трое были христианами, все трое, каждый по-своему, вводили в страну христианство, и для всех троих Белый Христос казался не только Спасителем, но и Богом, который мог укрепить власть конунга в Норвегии. Все трое в течение долгого времени жили в чужих странах, прежде чем стать конунгами, и Европа оказала на них сильное духовное влияние.
Олав Трюггвасон построил ряд церквей, среди которых церковь на Мостере, на Сейле и церковь святого Климента в Тронхейме. Именно в Тронхейм, центр области Трёнделаг, Олав направлял большие усилия, потому что эта западная область Норвегии в наибольшей степени противилась принятию христианства и чаще других областей от него отпадала.
Труды Олава Трюггвасона можно рассматривать как труды апостольские. Помимо трудов по просвещению Норвегии он приложил много усилий для обращения в христианство и других земель. Именно его заслугой стало всенародное принятие христианства в Исландии в 999/1000 году – итог всей деятельности конунга Олава Трюггвасона.
Его труды по христианизации Норвегии и объединению страны вызвали недовольство внутри и за пределами Норвегии. У него нашлись влиятельные враги. Эйрик, сын Хокона Ярла, хотел вернуть себе удел своего отца, Трёнделаг; датский король Свейн Вилобородый хотел вернуть под датское господство Вик. Они объединили усилия и выступили против Олава. В этой битве принимал участие и шведский конунг Олав Шетконунг. Олав Трюггвасон погиб в битве при Сволдере в 1000 году. Такое повествование содержится у Снорри Стурлусона. Норвегия была поделена между не норвежскими конунгами.
Однако исландские биографы Олав Трюггвасона, монахи Одд и Гюнлог (Gunlaug, Odur) говорят, что конунг Олав чудесным образом спасся вплавь и его никогда больше не видели на Севере. После этого он отправился как паломник в Рим, затем продолжил свое путешествие. Добравшись до Сирии, он поселился в пустыне и окончил свои дни в благочестивом подвиге отшельника.