в каком году была вспышка черной оспы в ссср
Полная изоляция Москвы, карантин в Боткина и разворот самолёта над Парижем. Как в 1960 году удалось победить чёрную оспу
Вернувшийся в СССР из Индии художник Алексей Кокорекин внезапно чувствует недомогание и буквально сгорает за несколько дней. Врачи из Боткинской больницы сумели поставить диагноз, однако с художником общалось огромное количество людей. Знакомые, семья, любовница, сотрудники комиссионных магазинов. За дело пришлось взяться КГБ, которому поставили задачу вычислить всех, с кем контактировал художник, в кратчайшие сроки и при помощи врачей остановить эпидемию.
Коллаж © LIFE. Фото © ТАСС / Валерий Матыцин, кадр из фильма «В город пришла беда»
Всему виной — беспечность
Всё началось с того, что известному художнику-плакатисту, дважды лауреату Сталинской премии Алексею Кокорекину дали путёвку в Индию. Кто бы не обрадовался такой возможности набраться свежих впечатлений? Вот и художник был рад.
Алексей Кокорекин. Фото © ТАСС / Вайль Григорий
Чтобы выехать за рубеж, в СССР нужно было не только пройти полный медосмотр, но и сделать ряд прививок: большая часть инфекционных болезней была в СССР побеждена, но в мире люди по-прежнему умирали от чумы, оспы и жёлтой лихорадки.
Неизвестно, каким образом художнику удалось избежать необходимой прививки: договорился ли он с врачом прививочного кабинета или у него были противопоказания, выяснить так и не удалось. Штамп о прививке в медкарте Кокорекина появился, и его выпустили за границу.
Кроме ковра художник купил в Индии подарки для жены и любовницы, в объятия которой он бросился сразу по прибытии в Москву. А на следующий день, подгадав прилёт самолёта из Дели, он, как ни в чём не бывало, появился на пороге родного дома и вручил подарки ничего не подозревающей супруге.
Недомогание Кокорекин почувствовал уже вечером. У него поднялась температура, а позже на теле появилась сыпь. На следующий день вызвали участкового врача, который поставил диагноз «грипп». Через два дня Кокорекину стало так плохо, что его увезли на скорой в Боткина, но диагноз оставили прежним. Сыпь на теле списали на аллергию, в общем, ошиблись — оставалось всего несколько дней до Нового года, и, возможно, головы медиков были заняты приятными хлопотами.
Пациенту дожить до праздника не удалось — через сутки ему стало хуже и он скончался. Дело принимало скверный оборот: было неясно, от чего умер дважды сталинский лауреат, заслуженный деятель искусств РСФСР. Надежды, что диагноз поставит патологоанатом, не оправдались — штатный специалист лишь разводил руками.
Тем временем ситуация накалялась: заболел врач, лечивший Кокорекина, женщина-медик из приёмного отделения, которая оформляла Кокорекина в больницу, истопник, проходивший мимо его палаты, и даже подросток, лежавший на другом этаже, — его кровать стояла рядом с вентиляцией. Одна из медсестёр робко предположила, что это может быть оспа, но её слушать не стали — не та квалификация.
Чтобы прояснить ситуацию, вызвали завкафедрой патологоанатомии ЦИУВ академика Николая Краевского. Но и он помочь ничем не смог, но сообразил пригласить в морг своего старого знакомого из Ленинграда — пожилого врача-патологоанатома. Старичок, знакомый с болезнью не понаслышке, сразу определил причину смерти.
Фейковые пересказы о вспышке «черной» оспы в Москве 1959 г
Однако, в последние лет десять эта история настойчиво пересказывается со все возрастающим количеством фейковых подробностей. Особенно интенсивно публикации посыпались в марте-апреле сего года, в том числе и на пикабу 1>> 2>> 3>> 4>> 5>>
Разбором этой интересной цепочки фальсификаций далее и займемся. Но прежде
Московский художник Кокорекин посетил Индию. Ему довелось присутствовать на сожжении умершего брамина. Набравшись впечатлений и подарков для любовницы и жены, он вернулся в Москву на сутки раньше, чем его ждала жена. Эти сутки он провёл у любовницы, которой отдал подарки и в объятиях которой не без приятности провёл ночь. Подгадав по времени прилёт самолёта из Дели, он на следующий день приехал домой. Отдав подарки жене, он почувствовал себя плохо, повысилась температура, жена вызвала «Скорую помощь», и его увезли в инфекционное отделение больницы имени Боткина… К утру больной затяжелел и умер. Производивший вскрытие патологоанатом пригласил в секционный зал заведующего кафедрой академика Н. А. Краевского. К Николаю Александровичу приехал в гости старичок патологоанатом из Ленинграда, его пригласили к секционному столу. Старичок посмотрел на труп и сказал — «Да это, батенька, variola vera — чёрная оспа». Старик оказался прав… Завертелась машина Советского здравоохранения. Наложили карантин на инфекционное отделение, КГБ начал отслеживать контакты Кокорекина… Как выяснилось, жена и любовница повели себя одинаковым образом — обе побежали в комиссионные магазины сдавать подарки. Обозначились несколько случаев заболевания оспой в Москве, окончившихся летальным исходом. Больницу закрыли на карантин, было принято решение вакцинировать оспенной вакциной всё население Москвы
— Ю. В. Шапиро, «Воспоминания о прожитой жизни»
Гугль выдает в интернетах более сотни воспроизведений пассажа с «батенькой». Налицо упорная фейкостроительная работа в течении многих лет.
Видеоролики из телевидений: телеканал Доверие>>, россия 24>>, НТВ>>, ТВЦ>>. Не очень внимательно смотрел, но кажется «батенька» нигде не воспроизводится, видимо реминисценции на темы анекдотов о Ленине нынче не в моде. Тогда как дешевая клубничка про рокировку с любовницей прошла на ура. Хотя собственно что такого, тематически близкий и программный для нынешней эпидемии Covid-19 фильм Contagion 2011 года [см>>] тоже начинается с удивительно похожей поездки Гвинет Пэлтроу к любовнику. Это же художественные произведения.
Красавица-коллега заразившаяся от контактов с художником элегантно страдает от страшной болезни в больничной постели
И цитатата о вспышке оспы из БМЭ:
Художник К., после двухнедельного пребывания в Индии, 22 декабря 1959 г. возвратился в Москву. 23 декабря почувствовал недомогание и 24 обратился в поликлинику, где был поставлен диагноз «грипп». 26 декабря появилась сыпь на животе и груди, состояние больного ухудшалось и 27 он был госпитализирован в Московскую клиническую больницу им. С. П. Боткина с диагнозом «токсический грипп и лекарственная болезнь». 29 декабря больной умер. К этому случаю вновь вернулись 15 января 1960 г., когда у больных, контактировавших с умершим К., был поставлен диагноз О. н. Выявление больных и контактировавших началось с 15 января 1960 г. Как было установлено, в Москве к этому времени сформировались семейный очаг, а также очаг в б-це среди больных и обслуживающего персонала. Эти два очага, в свою очередь, обусловили формирование третьего городского очага О. н. Общее число больных к этому времени достигло 19. Большое рассеивание контактировавших лиц по городу требовало принятия неотложных мер. При обследовании в городе было выявлено 9342 человека, так или иначе контактировавших с заболевшими. Из них 1210 контактировавших с больными непосредственно были изолированы в специальном стационаре в Москве и 286 — в стационарах Московской области. Одновременно с выявлением контактировавших лиц проводилась вакцинация. В период с 16 по 27 января 1960 г. было привито 6 187 690 человек. В результате проведенных энергичных мероприятий вспышка не вышла за пределы Москвы. Последний больной из числа находившихся в изоляторе был зарегистрирован 3 февраля. Показателем эффективности проведенных мероприятий является то, что вспышка была ликвидирована в течение 19 дней с момента, когда приступили к их проведению.
Меры, принимаемые сегодня для борьбы с коронавирусом, многим кажутся чрезмерными и излишне обременительными. Однако они даже близко не сопоставимы со стремительной и тотальной реакцией СССР на опасность эпидемии черной оспы на рубеже 1959-1960 годов. Советское здравоохранение получило возможность продемонстрировать свою эффективность весьма неожиданно и именно тогда, когда это было совершенно необходимо. Страшно даже предположить, что произошло бы в многомиллионном городе, если бы какая-то из служб тогда замешкалась или дала сбой. Погибли бы тысячи. «Лента.ру» вспоминает о беспрецедентной по масштабу и эффективности операции по локализации и уничтожению очага одного из самых страшных заболеваний.
Смерть командированного
Заканчивался 1959 год. На XXI съезде КПСС был принят семилетний план развития страны, который должен был стать первым этапом построения коммунизма в СССР к 1980 году. Москвичи запасались «Советским шампанским», черной икрой и консервированными крабами — неизменными праздничными атрибутами новогоднего стола.
23 декабря рейсом «Аэрофлота» из Дели в столицу прибыл после командировки в дружественную Индию известный советский художник Алексей Алексеевич Кокорекин.
Кто попало в то время за границу в командировки не ездил. И Кокорекин не был исключением. Член партии, дважды лауреат Сталинской премии, автор известных всей стране агитационных плакатов, 53-летний Алексей Алексеевич из Индии прилетел на день раньше, чтобы приятно провести время с любимой женщиной, и только потом вернуться в семью.
Фото: Григорий Вайль / ТАСС
Из жаркой экзотической страны в зимнюю Москву художник-плакатист привез подарки, и среди них — вещи умершего брамина, на ритуальном сожжении тела которого ему посчастливилось присутствовать.
Прах брамина со всеми почестями высыпали в священную реку Ганг, а принадлежавшие ему вещи тут же распродали желающим за вполне символическую плату. Кокорекину среди прочего достался ковер, на котором как раз и упокоился индийский служитель культа.
Покупать подарки на распродажах и барахолках у советских командировочных зазорным никогда не считалось, вот только умер почтенный индус не просто так, а от черной оспы, которая в СССР была ликвидирована почти четверть века назад.
При выезде за границу в эпидемически опасные регионы советским гражданам в обязательном порядке проводили вакцинацию. Однако Кокорекин каким-то образом прививки от оспы избежал, хотя в документах на выезд соответствующая отметка, как и положено, стояла.
На следующий день, подгадав время прибытия рейса из Дели, Кокорекин с оставшимися у него сувенирами приехал домой. А к вечеру разболелся.
Врач в поликлинике, к которому он обратился, диагностировал грипп. Но состояние больного быстро ухудшалось: подскочила температура, начался сильный кашель, по телу разлилась сыпь, которую вначале приняли за аллергию. Жена вызвала скорую, и Кокорекина увезли в инфекционное отделение больницы Боткина, поместив в общую палату к больным гриппом.
Плакатисту Кокорекину нравились сильные и здоровые женщины
Изображение: Алексей Кокорекин
Спустя несколько дней, 29 декабря 1959 года, он умер — к большому недоумению врачей. А поскольку покойный был не простым советским тружеником, а заслуженным деятелем искусств РСФСР, потребовалось квалифицированное заключение о причине смерти.
Да это, батенька, черная оспа!
Вскрытие производил академик Николай Краевский. По счастливой случайности в это время у него гостил приехавший из Ленинграда 75-летний коллега-патологоанатом, напросившийся на разбор интересного случая. Одного взгляда на труп любознательному пенсионеру хватило для чудовищного заключения: «Да это, батенька, variola vera!».
Variola vera, натуральная или черная оспа многие века была одной из страшнейших болезней человечества, уничтожавшей население целых деревень, городов и даже стран. В VIII веке от нее погибла треть жителей Японии, в XVI веке оспа выкосила более половины коренного населения Нового Света, получившего вирус от европейских конкистадоров. В Европе к началу XIX века от оспы ежегодно умирало до полутора миллионов человек.
В Советской России с черной оспой упорно и успешно боролись. В 1919 году, когда количество заболевших в стране оценивалось в 186 тысяч, вышел декрет Совнаркома «Об обязательном оспопрививании». Через пять лет число случаев заболевания сократилось до 25 тысяч. Еще через пять лет — до 6094. А в 1936 году натуральная оспа в СССР была уже полностью ликвидирована.
И вот 23 года спустя оспа вернулась.
Больные натуральной оспой. Индия, 1974 год
Армию, МВД и КГБ подняли по тревоге
Через сутки после смерти художника заболели медсестра приемного покоя, принимавшая Кокорекина, и его лечащий врач. Затем молодой человек, лежавший в палате этажом ниже, чья койка стояла под вентиляционным отверстием. Следующим стал больничный истопник, проходивший мимо палаты лауреата и решивший поглазеть на знаменитость.
Материал, взятый с кожи одного из больных, отправили в НИИ вакцин и сывороток. 15 января 1960 года академик Михаил Морозов выявил в биоматериале частицы вируса натуральной оспы. Диагноз патологоанатома подтвердился. В тот же день о вспышке особо опасного заболевания было доложено на самый верх.
Плакат Санпросвета начала 30-х годов
Изображение из собрания П.Каменченко
Следует отдать должное советской системе тех лет: реакция на угрозу была мгновенной, тотальной и чрезвычайно эффективной. Незамедлительно были мобилизованы все силы московских больниц и поликлиник. Подняли по тревоге войска, МВД и КГБ. Боткинская больница была изолирована. Началось выявление контактов и поиск потенциальных носителей смертельно опасного вируса.
В считаные часы оперативники отработали все связи Кокорекина, отследили каждый его шаг после возвращения в СССР, установили личности членов смены таможенного контроля и пограничников, встречавших рейс, таксиста, который вез его домой, участкового врача и работников поликлиники. От первичных контактов переходили ко вторичным — и так далее, пока не отслеживалась вся цепочка. 150 студентов университета, где училась дочь погибшего, забрали в больницу прямо из аудитории во время лекций.
Один из знакомых Кокорекина после встречи с ним отправился в Париж. Этот факт установили, когда самолет «Аэрофлота» был уже в воздухе. Рейс вернули в Москву, а всех, кто был на борту, отправили в карантин.
В карантин попадали все, с кем встречался и говорил Кокорекин, с кем контактировали его родственники, кто получил от него подарки из Индии. Как выяснилось, пока художник был в больнице, его жена и любовница уже успели сдать индийские сувениры в комиссионные магазины на Шаболовке и Ленинском проспекте. Вещи в магазинах были немедленно изъяты из обращения со всеми необходимыми предосторожностями.
Всего под карантин попало 9342 человека. В больницах не хватало постельного белья, и специальным указом был вскрыт неприкосновенный государственный запас, предназначавшийся на случай войны.
Москва была закрыта, отменено железнодорожное и авиасообщение, перекрыты автомобильные дороги.
Трое погибших и десять миллионов вакцинированных
Одновременно с карантинными и санитарными мероприятиями в стране началась массовая вакцинация граждан.
По распоряжению правительства в столицу было доставлено десять миллионов доз противооспенной вакцины из запасов Томского и Ташкентского институтов вакцин и сывороток, а также Краснодарской краевой санэпидстанции.
В вакцинации участвовали почти 27 тысяч медиков всех специализаций, а также студенты профильных вузов. Был открыт 3391 прививочный пункт и сформированы 8522 прививочные бригады для работы в ЖЭКах и организациях. В Москве вакцинировали более пяти с половиной миллионов человек и еще более четырех миллионов — в Подмосковье.
Экстренные меры показали свою высокую эффективность незамедлительно. С того момента, когда был поставлен диагноз, до полной остановки эпидемии прошло всего 19 дней! За это время оспой заболели 45 человек, из которых трое умерли.
Расслабляться нельзя
В 1977 году в мире (в Сомали) был зарегистрирован последний случай заболевания натуральной оспой. Всемирная организация здравоохранения объявила о полной ликвидации этого страшного заболевания. Тем не менее обязательные прививки от оспы сохранялись в советском здравоохранении до начала 1980-х годов.
В настоящее время живой возбудитель заболевания официально хранится только в двух лабораториях: в России («Вектор», Новосибирск) и в США (Центр контроля и профилактики заболеваний в Атланте). Но опасность возвращения натуральной оспы все еще существует. Как считает ведущий вирусолог страны, академик Дмитрий Львов, причиной новой вспышки могут стать больные оспой дикие животные (например, буйволы в Индии), возбудитель заболевания которых очень близок по своей морфологии к вирусу натуральной оспы у человека. Рано или поздно вирус может мутировать и стать заразным для человека, а в условиях большой скученности населения и несоблюдения санитарных норм быстрое распространение заболевания будет неизбежным.
Опасность вполне реальная, а потому опыт советского здравоохранения, успешного преодолевшего кризиса на рубеже 1959-1960 годов, следует помнить и знать.
Как в СССР справились с черной оспой
Сегодня все средства массовой информации просто переполнены информацией о коронавирусе. Понятно, когда специальные службы разъясняют, как действовать в той или иной ситуации, как избежать заболевания и как лечиться. Но наряду с этим бурно расцвела и фейковая «правда», которая кроме сумятицы и тревоги ничего не вызывает. Наша редакция неоднократно рассказывала, как в нашей стране боролись с болезнями и в том числе с эпидемиями. Самое главное, борьба эта проводилась успешно. Была статья о том, как Екатерина II сделала себе первую прививку от оспы, и после в стране началась вакцинация. Мы рассказывали, как граф Григорий Орлов спасал Москву во время чумного бунта, как «испанка» нанесла непоправимый урон Европе и России. Сегодня мы хотим рассказать вам о событиях, произошедших в нашей стране 60 лет назад, которые могли нанести нам урон не меньший, чем средневековые эпидемии.
Лауреат Сталинской премии – носитель черной оспы
А все началось в декабре 1959 года, когда во Внуково сел самолет из Индии. На его борту находился известный художник-плакатист Алексей Кокорекин. Он хорошо известен по плакатам Великой Отечественной войны: «За Родину!», «Смерть фашистской гадине!» и другим. Алексей Алексеевич дважды был лауреатом Сталинских премий.
53-летний Кокорекин должен был сделать соответствующие прививки перед поездкой в экзотическую страну, но, вероятнее всего, он уговорил медиков просто поставить отметку о вакцинации. Поездка была интересной, художник провел много встреч, бесед, лекций и интервью. Алексей Алексеевич даже присутствовал на церемонии сожжения индийского брахмана, который умер от черной оспы.
Алексей Алексеевич прилетел раньше (жена ждала его к следующему дню). В аэропорту он прошел все таможенные и пограничные процедуры и отправился… к любовнице. Он немного покашливал, но был декабрь, – а кто не кашляет зимой? На следующий день художник был уже дома и раздавал подарки. Но вскоре ему стало хуже, кашель усиливался, поднялась температура, и пришлось обратиться к врачам скорой помощи. Кокорекин был сразу госпитализирован с подозрением на осложненную форму гриппа. Однако больной угасал прямо на глазах, появившуюся сыпь посчитали аллергической реакцией, к утру 29 декабря Кокорекин умер. На вскрытие был приглашен академик Н.А. Краевский, а по счастливой случайности с ним пришел старичок, приехавший в гости к академику патологоанатом из Ленинграда. Старенький врач посмотрел и сказал: «Да это, батенька, variola vera – черная оспа»
Забытая болезнь
Черная оспа к тому времени была уже почти забытой болезнью. В 1936 году с ней справились путем всеобщей вакцинации. И кто бы мог подумать, что она вернется почти через 25 лет. Правда, в Индии она еще долго оставалась серьезной проблемой.
Это инфекционное заболевание, передается от человека к человеку. Симптомов много, и один из них проявляется в виде сыпи – пузырей черного цвета, наполненных жидкостью. Это и послужило названием для заразы. В прошлом, пока не появилось средства для выработки иммунитета, болезнь была распространена по всему свету. Сегодня с черной оспой справились по всему миру, так как был уничтожен сам вирус, ее вызывающий. Повсеместное проведение вакцинации привело к тому, что последний больной был зафиксирован в 1977 году в Сомали в Африке. В 1980 году Международная организация здравоохранения рекомендовала прекратить прививки против этой болезни. Но до этого времени надо было еще дожить.
Военное положение в Москве
Смерть Кокорекина стала первой в цепочке страшных событий, вызванных болезнью. На вторые сутки болезнь была обнаружена у сотрудницы больничной регистратуры, принимавшей художника, врача, осматривавшего его, и мальчика, который находился на другом этаже больницы, но рядом с вентиляционным отверстием из палаты Кокорекина. Больничный истопник подхватил оспу, когда просто проходил мимо палаты (это лучше всего иллюстрирует, как могут распространяться вирусы).
Через некоторое время болезнь обнаружилась еще у нескольких пациентов московской больницы имени Боткина. Лихорадка, кашель и сыпь – симптомы болезни, но скорость распространения заразы – симптом, который говорил, что страна в одном шаге от эпидемии. О проблеме было сообщено руководству страны. На совещании у Н.С. Хрущева был принят комплекс мер, направленных на то, чтобы не допустить эпидемии черной оспы.
Важнейшей задачей стало выявление контактировавших с заболевшим художником. Масштаб работы был огромен. Выяснилось, что за столь короткий срок зараза косвенно коснулась тысяч людей. В группу риска попали пассажиры самолета из Дели, пилоты, таможенники, коллеги, родственники покойного Кокорекина. Подарки, привезенные любовнице и семье, быстро расползлись по комиссионкам, потому были установлены все посетители магазинов и помещены в карантин, а подарки уничтожены.
КГБ СССР, МВД и Министерство здравоохранения устанавливали всех, кто общался с инфицированными. Одна из контактировавших с больным была преподавателем в вузе, где принимала экзамены у студентов. Все студенты и преподаватели отправились на карантин. Оперативно был развернут самолет, на котором в Париж летел один из пассажиров того злосчастного рейса из Индии.
По сути, сразу после новогодних торжеств, в первые дни нового, 1960 года Москва была закрыта на карантин по законам военного времени. Были перекрыты все пути. Были отменены авиарейсы, железнодорожные и автомобильные перевозки. Медицинские бригады безостановочно ездили по адресам, госпитализируя новых носителей инфекции. В больницах находилось 10 тысяч человек, к первичным носителям вируса относились около 1500 человек. Все они были помещены на карантин в стационары Москвы и Московской области.
Остановить болезнь
Все силы были брошены на то, чтобы остановить заразу. В экстренном порядке начали производить вакцину. Необходимое количество ее было доставлено из других регионов. Развернувшаяся битва заставляла людей напрягать все силы, в борьбе с болезнью стал вновь востребованным девиз времен недавней войны: «Всё – для победы». Было мобилизовано 26 963 медработника, был открыт 3 391 прививочный пункт, организованы 8 522 мобильных бригады для работы в организациях и ЖЭКах
В 1960 году я жил у бабушки в поселке Салтыковка. Рассказывали, что кто-то из инфицированных оказался в нашем поселке, и этого было достаточно для поголовной вакцинации. Мне было всего 9 лет, мы с приятелем спрятались под кроватью, но наш страх перед прививкой не разжалобил прибывших врачей и медсестер. Надо им всем сказать за это большое спасибо. Признаться, в памяти моей осталось, что взрослые отнеслись к этой проблеме с большой тревогой и пониманием. Я не помню, чтобы кто-то отказался от вакцинации. В памяти народа это оставалось: вспомните, как в фильме Леонида Гайдая «Кавказская пленница» (1966) персонажи Никулина, Вицина и Моргунова покорно ложатся делать прививку, узнав, что «в районе эпидемия». Так на их месте в то время поступил бы каждый.
Когда все утихло, выяснилось, что всего от Алексея Кокорекина заразилось черной оспой 19 человек, в том числе 7 родственников, 9 человек медицинского персонала и 3 пациента больницы. От них заразились еще несколько человек. Всего заразившихся было 46 человек, 3 из них скончались.
Больше эта болезнь у нас в стране себя не проявляла. Советские врачи еще долго воевали с черной оспой в дальних уголках планеты.
В СССР не любили афишировать подобные ЧП. Негласное правило «меньше знаешь – лучше спишь» в те годы помогало избежать паники. Правда, при таком подходе забытыми остались люди, которые наяву сотворили подвиг и спасли Москву 1960 года от страшной беды.
Обложка: Кадр и фильма «В город пришла беда»