что такое вброс в интернете
Что такое вброс?
Чёткого определения, что такое вброс, нет, даже в интернете оно может трактоваться по-разному. Например, вброс — это распространение короткой, но очень значимой информации. Например, заголовок в газете может быть таким вбросом. Вот несколько примеров:
Другие примеры можно почитать на TJ, откуда я и взял предыдущие приложения.
Ещё приводится и такое определение: «комплекс пропагандистских мероприятий относящихся к классу явной и агрессивной пропаганды», то есть это когда по нашему любимому и глубоко уважаемому телевизору транслируются программы, в которых, к примеру, вину за сбитый самолёт возлагают на другую страну, или когда появляются серьёзные и ничем не обоснованные заявления; с другой стороны, эти заявления могут иметь обоснование, но заведомо лживые. Именно заведомое желание солгать и заставить поверить в это других делает сообщение информационным вбросом.
В интернете вброс играет ту же роль, что и по телевизору: запустить заведомо лживую информацию с той целью, чтобы те, для кого она предназначена, в неё поверили.
Вбросы можно отождествлять со слухами, но вбросы являются масштабнее и рассчитаны на другую аудиторию. Слухи часто распространяются между знакомыми людьми, а вбросы ориентированы на широкую аудиторию, именно для этого используется телевизор и иные СМИ, специально подготовленные для этого. Впрочем, вбросы могут быть не только политизированными, но и, скажем, простыми: например, в Twitter несколько лет назад был широкий вброс о смерти актёра Джеки Чана. Впрочем, распространяли его не только там:
В молодёжном сленге вброс значит то же — распространение заведомо ложной информации, только грубее, то есть здесь вброс можно отождествить с оскорблением или грубой шуткой. Кроме того, вброс может являться простым «распространением»: «вбросил мем в конфу» значит «распространил смешную картинку в чате», если переводить на русский.
Ещё понятие вбросов, хоть и неофициальное, есть в избирательном праве — оно обозначает процесс, при котором избиратели или члены избирательных комиссий массово закидывают бюллетени в урну для голосования, как на видео. Такие действия противозаконны. Здесь массово распространяется не информация, а голоса за определённого кандидата, партию или результат вообще (если это референдум).
Что значит вброс в интернет-сленге?
У каждого поколения есть характерные словечки, которые не найти в академических словарях. Лингвисты называют их «сленг». В интернете молодежь применяет уникальные выражения, и сложно понять без пояснений, в чем смысл. Попробуем разобраться, что значит «вброс» в интернет-сленге.
Происхождение слова
Невозможно точно сказать, кто стал создателем слова «вброс». Скорее всего, кто-то из пользователей Сети применил это выражение, другие подхватили идею и так далее. Интернет-сленг так и создается.
Однако существует мнение, что слово пошло от английского «shit hit the fan» (дерьмо на вентиляторе). То есть кто-то «вбрасывает» новость в Сеть, она разлетается, как нечистоты с вращающихся лопастей.
Значение слова
Вброс — это публикация не всегда ложной, но обязательно сенсационной информации, формирующей общественное мнение в заданном ключе, рассчитанной на определенную аудиторию, вызывающей обсуждения и споры в Интернете. Негативное действие вброса подобно эксплойту — вирусной атаке, заражающей не компьютер, а целевую аудиторию.
Чтобы понять, что же такое вброс информаци, вспомните выражение «газетная утка». Оно было популярно в 1990 году, и означало публикацию ложных сведений в средствах массовой информации. Хорошим примером являются новости из желтой прессы.
Как правило, это нужно хайперам – людям, имеющим целью привлечь общественное внимание к конкретной проблеме, персоне, событию или отвлечь от более важных вопросов.
Пример неправдивой информации
Неправдивую информацию размещают на веб-сайтах с целью повышения посещаемости страниц. Так, пользователи чаще просматривают рекламные ролики, что приносит прибыль веб-мастерам. Поэтому не доверяйте информации, не подкрепленной перечнем фактов.
Кроме того, это выражение может означать «распространение»: «вбросил мем в конфу, рофл», значит — «распространил смешную картинку в чате».
Заключение
Не каждую новость можно считать вбросом. Однако если в масс-медиа и Сети активно распространяется сообщение, замаскированное под обычный новостной сюжет, но поданное в таком ракурсе, чтобы дать событию одностороннюю оценку и вызвать волну обсуждений, это испытанный способ манипулировать сознанием аудитории.
Вброс – разведывательно-диверсионный прием информационной войны
Как же противостоять вбросам и суметь избежать или даже предотвратить их последствия?
Для начала необходимо определиться, что это такое и для чего служит. Информационный вброс – это метод распространения информации, выражающийся в резком заполнении максимального количества источников информацией, имеющей яркий эмоциональный окрас и служащий для создания резонанса в обществе. И даже если у вброса есть конкретная мишень, воздействию (и последствиям) подвергается все общество.
По своим свойствам можно разделить вбросы на профессиональные и непрофессиональные, отличающиеся привлеченными к ним силами и средствами. Непрофессиональный вброс зачастую имеет вид преувеличенного значения того или иного события, что делает его менее объективным для большинства из тех, на кого он нацелен. Профессиональный же – является результатом серьезной работы аналитиков, финансистов, маркетологов, пиарщиков и прочих специалистов и он сильнее всего воздействует на аудиторию.
Иногда целью таких вбросов для организаторов является именно раскол аудитории. Они смотрят, какая сторона в итоге одержит вверх в дискуссиях, наплевав как на саму аудиторию, так и на то, что с ней будет в итоге.
Таким образом, видя новость, появившуюся в короткий срок на большинстве ресурсов, вызывающую возбуждение всех чувств (от жалости до ненависти) и имеющую хорошо сформулированную текстовку, знайте: скорее всего, вы попали под этот самый вброс.
И дальнейшее течение событий зависит и от Вас в том числе. Скажете ли вы «Слышь, Вася, прикинь, что говорят…» («Уважаемые коллеги, я тут такое узнал…»), начнете ли вы искать более подробную информацию о событии (попадая на перекрестные ссылки из одного источника), чтобы попытаться разобраться, в чем суть, или же начнете опровергать новость (высказывать негативное отношение к ней) – результат один: Вас зацепило.
Возможно, лишь проигнорировав вброс, вы избежите последствий. Но это если Вы не являетесь его мишенью. А если цель именно Вы (не лично и как группа лиц, класс и т.д), то последствия игнорирования будут самыми плачевными.
Простой пример. Недавняя истерия по поводу «плоской земли». Буквально из каждого утюга нам приводили доказательства о том, что наша планета не может быть шаром!
Казалось бы – ну бред же. А что в итоге?
Масса серьезных экспертов вынуждены были доказывать, что земля все-таки круглая, тратя на это время и финансы. Другая половина окончательно теряла доверие к науке, уходя все дальше в мракобесие и убеждаясь в теории заговоров. А организаторы поставили галочку у себя в блокнотике и сделали соответствующие выводы.
Для противодействия профессиональным вбросам необходимы ресурсы, зачастую превышающие ресурсы организаторов оных. Поэтому важнейшим фактором ослабления подобных приемов является распознавание их на самом начальном этапе.
Тут прямая аналогия с ОВ: распознал вещество, принял антидот. Вот только абсолютных антидотов против вбросов нет. И все зависит от нас самих. Предупрежден – значит вооружен.
Умей распознать вброс и разглядеть, в чьих целях он совершен. Не будь ретранслятором «горячей» информации – подожди официального ответа второй стороны. Не спеши доказывать всем окружающим, что ты разбираешься в вопросе на уровне эксперта или выше, не имея даже малейшего понятия. Вот способы не стать жертвой информационных вбросов.
Теория вброса. Почему фейки в соцсетях портят вашу жизнь?
Социальные сети переполнены лживыми слухами: люди радостно делятся «секретными» листовками, «утекшими документами» и жизненными историями от друга троюродной сестры, работающей «в органах». Иногда такие фейки настолько недостоверны, что даже смешны, но попадаются и действительно страшные экземпляры, которые могут испортить вашу жизнь. Почему вбросы опасны и как с ними бороться — в материале 4PDA.
Почему так происходит? Зачем фейки распространяют? Чем они могут насолить? И как, наконец, отличить правду от вымысла?
Слева — Леонид Армер, администратор сообщества «МСБ». Справа — Никита Савин, старший преподаватель департамента интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ
Разобраться в этом нам помог социолог Никита Савин, старший преподаватель департамента интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ, а также Леонид Армер, администратор сообщества «МСБ», где борются со вбросами.
Откуда берутся фейки?
И действительно. Ведь нет какой-то специальной «фабрики лжи», где старательные гномы куют своими молоточками особо ядрёные небылицы. Некоторые страшилки рождаются спонтанно, под воздействием внешних факторов. Некоторые вырастают из прошлого.
Когда гремела новость про «наркожвачку», старшее поколение вспомнило, что их точно так же пугали перед Олимпиадой-80.
Якобы злобные иностранцы раздавали жвачки с лезвиями внутри, чтобы поиздеваться над пионерами из проклятого Союза. А какая-то часть «утечек» — просто попытка привлечь к себе внимание. Рассказывает администратор сообщества «МСБ»:
Появление фейка в Сети нередко происходит с подачи пиарщиков сообществ, которые сочиняют горячие истории или реанимируют старые, чтобы раскрутить свои странички в соцсетях. Однажды в Ленинградской области утонули подряд два мальчика. В соцсетях тут же объявились пользователи, заговорившие об игре «Прыгай или тони». Трагедию завернули в очередной вброс, и самое ужасное, что на фоне истерии это могло пойти в народ.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Или тот же случай с хабаровскими живодёрками. Несколько человек создали группу на тему, открыли фиктивные страницы этих девочек и стали переписываться с пользователями. На «стену» они выкладывали картинки с издевательствами над животными — будто это их рук дело. Народ, естественно, возмутился — люди даже стали сбиваться в ополчение, чтобы наказать лже-живодёров. На вопрос создавшим группу: «А в чем прикол-то?», прозвучало: «Да просто весело смотреть на людей, которые ведутся». Они испытывали нездоровое злорадство, наблюдая, сколько пользователей им поверят, и развлекаясь над поступающими угрозами. По их мнению, шалость удалась.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Кто распространяет ложь и зачем?
Казалось бы, очевидно: люди пугаются и, прежде чем включить голову, жмут кнопку репоста. Однако не всё так просто. Часть вбросов обязательно сопровождает комментарий типа «у меня брат там работает, ему рассказали, что всё так и есть». И тут уже «голая» информация приобретает ценность — обыватель получил подтверждение. А ему не столь важно, из чьих уст оно поступило: «Зачем человеку врать?». Но врёт же — никто никакому брату ничего не рассказывал.
Зачем люди это придумывают? Чтобы придать веса своей догадке или сознательно ввести в заблуждение?
Отвечает Никита Савин, преподаватель НИУ ВШЭ:
Проблема фейковых новостей не сводится к людям, которые из удовольствия или социопатии их придумывают. Во-первых, люди подчас искренне верят в распространяемую ими ложную информацию. Критерии истинности в повседневной жизни отличаются от таковых в профессиональной журналистике. Если соседка рассказала вам про нового ядовитого жука в вашем районе, вы ей поверили и написали об этом в соцсетях, а ваш друг, лидер общественного мнения, поверил вам и перепостил — это тоже распространение лжи. При этом мотив остаётся самым благородным — предупредить об опасности. Во-вторых, нельзя исключать экономических и политических агентов, которые гоняют вбросы в своих интересах.
Никита Савин Преподаватель НИУ ВШЭ
Леонид уточняет, что чаще всего фейки запускают люди, которые «не очень здоровы психически». «Такие индивидуумы способны взять некую первичную информацию и переработать ее на свой вкус», — говорит администратор «МСБ». Однако снежный ком нарастает и дальше — тут уже к делу подключаются все остальные.
Как ещё работают «вирусные цепочки»? Это граждане, которые, исходя из своих психологических особенностей, считают, что просто обязаны предупредить об угрозе как можно больше людей. Может быть, это такое искажённое чувство собственной значимости или повышенная тревожность, в результате чего они занимаются массовой рассылкой фейков.
Далее информация «обрабатывается» — всегда находятся те, кто не просто кидает вброс дальше, но «присваивает» себе то или иное участие в выдуманной истории. Либо «что-то видел», либо «знакомые в МВД\ФСБ\СВР\УФСИН\Госдуме\школе\детсаду подтвердили». Причём «подтверждают» и подростки, и взрослые, желающие внимания.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Почему фейки опасны?
Сама по себе информация — какой бы она ни была — никого не убивает. Любая, даже самая страшная, листовка — всего лишь копия текста, написанного каким-то шутником. Так стоит ли беспокоиться из-за вбросов, ведь прямого убытка от них нет?
О глобальном вреде человечеству говорить сложно. Проблема фальшивых новостей — последствия изменений в медийной системе. С одной стороны, теперь информацию распространяет не только журналистика — новости могут появляться в социальных сетях без проверки и репутационной гарантии. С другой, экономические и политические идеологи осваивают новые публичные пространства, используя соцсети в своих интересах. Например, могут осознанно запускать те самые вбросы.
В такой медийной среде человек уже не может слепо полагаться на любой источник информации. Он должен обладать определённой степенью медиаграмотности.
Никита Савин Преподаватель НИУ ВШЭ
Человека проще обмануть, подсаживая на ложь — в итоге он перестанет понимать, где правда, а где вымысел.
Происходит засорение информпространства. Жертвы — в первую очередь граждане с повышенной мнительностью, которые не могут критично воспринимать информацию, будучи по природе своей доверчивыми людьми. Для них данных в фейке достаточно, чтобы впасть в панику — так было, например, с листовкой про смертников, которая благодаря интернету и бездумным перепостам, «приехала» почти во все населённые пункты РФ. В крупных городах люди даже меняли образ жизни: какое-то время не спускались в метро и не ходили в торговые центры.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Отдельная проблема — если на удочку лжи попадается человек публичный, способный влиять на общественное мнение.
В 2017 году была история о «жвачках с наркотиками», и одним из её популяризаторов стал начальник управления по образованию, культуре, спорту и работе с молодежью администрации городского округа Краснознаменск Московской области Виктор Грищенко. Он написал письмо руководителям образовательных учреждений: мол, негодяи активно втягивают детей в свои сети, угощая их жвачками с наркотиком. На приманку попались в Липецкой, Калужской и Московской областях. При этом чиновник сослался на некое письмо ГУ МВД России по Подмосковью, которое никто не видел.
На письмо Грищенко обратили внимание и в других регионах России. Тогда ещё губернатор Кемеровской области Аман Тулеев проинформировал своих подчиненных, местные учебные заведения и областную полицию об угрозе приобщения детей к наркотикам с помощью жвачек. А раз уж воздействию информационного вируса подверглись столь опытные люди, то что говорить о простых впечатлительных гражданах? И что в итоге сказал сам Грищенко? Он, как оказалось, просто ВЫДУМАЛ письмо из МВД для, опять же, придания документу достоверности. Сработал принцип «кто же будет проверять?
Всё это может привести к самому печальному варианту — люди начнут звонить в органы, рассказывать о террористах и бомбах.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Фейки могут быть полезны?
Безусловно, вбросы — зло. Ложная информация не ведёт ни к чему хорошему. Но разве от фейков нет пользы? Новость об очередном педофиле напомнит, что надо внимательнее следить за своим ребёнком, а рассказы про теракты заставят держать ухо востро. Ведь всегда лучше перестраховаться, чем потом кусать локти?
Сложное общество строится на принципе разделения труда и специализации. Мы не можем разбираться во всём, что нас окружает, поэтому нуждаемся в достоверной информации, которой бы доверяли. Фейковые новости — не благо, но эта проблема может сыграть роль вакцины, которая сформирует у людей иммунитет к информационному манипулированию.
Никита Савин Преподаватель НИУ ВШЭ
Другой эксперт более категоричен — по его мнению, фейки ничем не помогают.
Никакой пользы нет. Как показывает практика, формула «предупреждён — значит вооружён» никаким образом не влияет на безопасность кого бы то ни было.
Леонид Армер Администратор сообщества «МСБ»
Государство и соцсети как-то борются?
За распространение вбросов в России не судят — не путайте с экстремизмом. Леонид подтверждает, что о таких делах не слышал. Во властных кругах ходят разговоры о том, чтобы наказывать, но дальше идеи дело не зашло. Да и сложно себе представить состав преступления, ведь на практике всё непросто: нужно отыскать первоисточник, установить личность и доказать, что это сделал пользователь, а не какие-нибудь взломщики страниц.
Разумеется, борьба с провокационными новостями ведётся и по другую сторону экрана — соцсети имеют для этого определённый инструментарий.
В Facebook недостоверные публикации получают специальные пометки — если пользователь пытается репостить, его несколько раз переспрашивают.
Пресс-служба «ВКонтакте» заверила нас, что их система модерации в режиме реального времени выявляет и блокирует ботов, которые распространяют спам или устраивают массовые рассылки разной информации:
В нашей соцсети любой пользователь может сообщить о неправомерном, оскорбительном или недостоверном по его мнению контенте с помощью кнопки «Пожаловаться». Мы рассматриваем все жалобы без исключений. У нас одна из самых больших служб модерации и мы реагируем максимально оперативно: материалы, которые нарушают правила сайта или законодательство, удаляются, а нарушители блокируются. Кроме того, в соответствии с законом мы обязаны реагировать на сигналы регулятора — Роскомнадзора.
Как отличить фейк от не фейка?
Несмотря на очевидный характер большинства вбросов, попасться в капкан информационного вранья может любой — например, ваш родственник. Да и непонятно, что делать с явной выдумкой — мимо пройти? А если всё-таки правда?
Мы попросили нашего эксперта составить небольшую инструкцию — что делать, если вы столкнулись с откровенной ложью и как поступать, если вас одолевают сомнения.
Если сомнения:
Если видно фейк:
Вбросы — угроза общества XXI века. Они опасны, потому что вносят сумятицу, сеют панику и засоряют информационное пространство. С ними надо бороться, и теперь вы понимаете, как. В конце концов, мы за интернет платим не для того, чтобы нас там обманывали.
Информационный вброс
Информационный вброс — это резкое заполнение информационного пространства коротким сообщением, вызывающим сильную эмоциональную реакцию. Основная цель информационного вброса — создать резонанс в информационном пространстве. Информационный вброс, в первую очередь, — способ распространения информации, инструмент. В современном информационном пространстве вбросы получили самое широкое применение в виду высокой эффективности и крайней дешевизны.
ВНИМАНИЕ! Информационный вброс не имеет ничего общего со способом фальсификации выборов, известным как «вброс бюллетеней»!
Информационный вброс. Типы.
Политический. Создание определенной эмоциональной реакции общества на что-то связанное с политической ситуацией. Под политикой тут понимается совершенно все, что как-то может касаться и влиять на взаимоотношения человека и государства, социальных групп. Именно в политических вбросах наиболее распространена негативная информация. Политический вброс всегда направлен на формирование мнения о политическом объекте (политика) или субъекте (государство, органы правительства, госпредприятия и т.п.) и использует самые крупные СМИ. При этом фон самого сообщения вброса всегда распространяется на вышестоящие от цели структуры. Например, дискредитируя конкретного политика, члена определенной партии, дискредитируется вся партия в целом. При этом практически всегда политический вброс берет начало в достаточно политически ангажированных изданиях, явно противостоящих тем, кто является объектом вброса, и часто начинается во время каких-либо важных политических событий, например, выборов.
Рекламный. Рекламные вбросы практически всегда создаются маркетинговыми агентствами для формирования позитивного образа конкретного товара или услуги. Так же к этому типу относятся всевозможные пиар-акции медийных персон, организаций, брендов и прочего, целью которых фактически является лишь привлечение внимания целевой аудитории к объекту акции. Для рекламных вбросов характерно то, что они очень редко бывают негативными, направленными на дискредитацию.
Основные характеристики типов информационных вбросов:
| Политический | Рекламный | |
| Объект обсуждения | Политик или поличисеский субъект | Товар, бренд, медиа-персона |
| Распространитель | Ангажированый | Не политизирован |
| Привязка к ситуации | Политические события | Спонтанно |
| Побочное воздействие | Вышестоящие или смежное | Нет |
Все сказанное ниже будет в основном касаться политических информационных вбросов т.к. они имеют наибольший общественный резонанс и наиболее интересны с точки зрения методик.
Принципы информационного вброса.
Сегодня принято считать информационные вбросы заведомо негативной тактикой, основанной на лжи. Однако, как и в большинстве случаев, связанных с теорией пропаганды, вброс — это всего лишь метод, а его использование остается целиком на совести участников. Но нужно понимать, что негативная информация всегда распространяется значительно эффективнее. Т.е. информационный вброс не является дезинформацией по своей сути, потому что вброс — это способ распространения информации, а не сама информация.
Для вброса характерна одна главная черта – массовость. В случае с рекламным вбросом создается максимальное информационное давление на целевую аудиторию через все актуальные информационные каналы. Политические же вбросы, не ориентирующиеся на конкретную аудиторию, пытаются одновременно использовать все каналы, которые только смогут.
Вбросы не являются чем-то инновационным, по сути это лишь адаптированная под современные реалии форма слухов. Формирование вброса происходит аналогичным со слухами образом – информация передается от объекта к объекту без проверки ее правдивости и, зачастую, обрастает новыми подробностями, созданными по пути. В итоге информационный повод, даже если он был правдивым, может измениться до неузнаваемости, но при этом сохранит и распространит необходимый эмоциональный заряд на всем пути. Однако информационные вбросы отличаются от слухов двумя ключевыми моментами – массовостью и примерной прогнозируемостью результата.
Для начала вброса необходимо иметь подходящий информационный повод, то изначальное сообщение, которое будет распространяться. Для вброса не подойдет любое событие, а лишь то, которое потенциально способно вызвать эмоциональную реакцию и резонанс в обществе. В случае отсутствия подобного инфоповода в конкретный момент допускается фальсификация событий, вплоть до выдумывания, частичное или полное искажение фактов для предания нужного эмоционального заряда. Как уже упоминалось – максимальную реакцию вызывают негативные события. Именно поэтому вбросы, в основном, негативные. Это связанно с человеческой психологией – любой негатив воспринимается как опасность, а любое живое существо бурно реагирует на опасность, особо не пытаясь понять, что случилось. Именно поэтому основная масса политических вбросов направлена на очернение политического актора. Испортить чужую репутацию проще, чем создавать свою.
При этом важно чтобы инфоповод был максимально непроверяем конечным потребителем сообщения. В основном это достигается за счет отсутствия прямых источников и описания события или ситуации в общих чертах, без подробностей. Подробности в таком сообщении вообще противопоказаны. Они, во-первых, отвлекают от эмоционального заряда, во-вторых, часто показывают, что «все не так плохо». И, в-третьих, в процессе подгонки подробностей под цель вброса с высокой вероятностью возникнут различные логические ошибки, которые покажут фальсификацию.
Типичный пример информационного вброса от Комсомольской Правды от 14 июля 2019 года.
Естественно в статье нет никакой конкретики, кроме указания, якобы, места задержания – маленький городок под Новосибирском о котором никогда не слышало большинство читателей КП. Однако имеется крайне громкий заголовок вызывающий страх и ненависть. При учете того, что в самой же статье сказано о том, что девушка не арестована и ей даже не предъявлены обвинения, но журналист КП не постеснялась сделать свои выводы, неизвестно на чем основанные, и сообщить их всей стране.
После формирования инфоповода происходит сам вброс. Его первая волна – сообщение публикуется какими-либо авторитетными СМИ. Чем больше крупных СМИ задействовано, тем больший охват получает первая волна и тем больше уровень доверия у дальнейших участников. При этом важно правильно оценить уровень негативного заряда первой волны, так чтобы сообщение не вызвало резкое отторжение у аудитории, например из-за своей очевидной фальсификации.
Примером отторгнутого информационного вброса в российских СМИ может являться печально знаменитый сюжет «Первого канала» о преступных действиях украинских силовиков в г. Славянск, показанный в июле 2014 года. В сюжете приводилось интервью беженки из Славянска, чьего сына, якобы, буквально распяли украинские военные на ее же глазах. Интервью сразу же вызвало массовую негативную реакцию российской общественности, в кратчайшие сроки была выявлена фальшивость этой истории и «Первый канал», и так имевший в России репутацию «пропагандистского», получил огромный ущерб репутации. При этом данная история распространялась именно как типичный вброс, однако изначально чрезмерный уровень негатива вызвал отторжение. С уверенностью можно сказать, что фрагмент с распятием был лишним, ведь именно на это, а не на факт убийства ребенка военными в основном была реакция отторжения.
Далее, во второй волне, сообщение подхватывают мелкие СМИ, цель которых, зачастую, в современных реалиях, не распространять информацию как таковую, а в большей степени потреблять внимание аудитории, получая от этого прямую материальную выгоду от рекламы и прочего. Однако просто взять и пересказать изначальное сообщение крупного СМИ нельзя, это будет негативно воспринято как публикой, так и поисковыми системами интернета. Поэтому они вынуждены в некоторой степени изменять изначальное сообщение, добавляя в него еще больше несуществующих подробностей, дабы как-то выделиться среди огромной массы конкурентов. И снова наибольшее внимание привлекают громкие, негативные сообщения.
Вторая волна вброса зачастую происходит сама собой, без очевидного заказа и влияния кого бы то ни было. Мелкие СМИ, которые в виду простых материальных ограничений не могут производить уникальную информацию, вынуждены потреблять, переваривать и транслировать дальше информацию от крупных «поставщиков». Поэтому они автоматически, сами собой, подхватят подобное сообщение и начнут его тиражировать. То есть, если для у вброса есть заказчик, то ему необходимо зарачивать ресурся лишь на первую волну, а дальнейшее распространение сообщения идет само собой. Конечно же заказчик имеющий небольшие ресурсы, довольствоваться сотрудничеством именно с мелкими СМИ, однако эффективность этого часто может быть сомнительна. Хотя практика последнего времени показывает что крупные СМИ, включая федеральные телеканалы, могут подхватить сообщение рожденное именно мелкими СМИ и даже самим фактом обсуждения в соцсетях, создавая из этого свой инфоповод.
Фактически после публикации в крупном СМИ вброс начинает жить своей жизнью и исполнять свои задачи. Все это начинает обсуждаться в соцсетях, обрастая еще большими несуществующими подробностями, подключаются лидеры мнений конкретных групп, изменяя его под личные интересы, и прочее. Спустя некоторое время, изначальное сообщение растворяется в потоке обсуждений и становится частью информационного пространства, общественного мнения.
Из всего вышесказанного можно сделать вывод о том, что вброс аналогичен обычной новости. Да, это действительно так, за исключением того, что именно вброс практически всегда будет негативным, а так же в большей части недостоверным. Целью новостного сообщения является информирование общественности о ситуации, передача тех или иных фактов. Цель вброса — это всегда игра на эмоциях аудитории, без фактов и проверяемости. В итоге любой информационный вброс может считаться так называемым «фейк ньюс».