Что такое ультраправые взгляды
Кто такие ультраправые?
Ультраправые – слово из политического лексикона. Является определением для групп, движений и лиц, находящихся в правом спектре политического поля на крайне консервативных позициях. Реакционные, экстремистские взгляды являются характерными для ультраправых.
Идеология ультраправых
Идеология ультраправых опирается на нацизм, расизм и ксенофобию. Они разделяют людей на «высших» и «низших», достойных и недостойных. Такое разделение преподносится как врождённая характеристика для конкретных людей, как объективная реальность. Отрицается социальное равноправие.
В наиболее радикальных течениях проводится пропаганда угнетения и геноцида групп людей на основании их национальности, религиозной или языковой принадлежности, предполагаемой неполноценности.
Как распознать ультраправые взгляды
Принято характеризовать как ультраправые:
В качестве примеров ультраправых групп можно привести неонацистов, наци-скинхедов, агрессивных футбольных хулиганов, так называемую «правую сцену» (музыкальные группы с националистическим репертуаром), субкультуру стритейджа (пропаганда здорового образа жизни и национал-социализма).
Видео — Ультраправые движения Европы
Общими объединительными чертами радикалов является фанатичная вера в свою исключительность, превосходство над другими, злобная ненависть по отношению к тем, кого они не понимают и даже не стараются понять, страсть к дешевому популизму и безнадежная интеллектуальная бедность.
Определение
Крайне правые радикалы или ультраправые – это общепринятое название лиц, находящихся в правом крыле политической сферы. Идеология, политические взгляды правых отличаются крайней пестротой и беспорядочностью.
Ультрас в одной и той же стране могут придерживаться совершенно противоположных взглядов и люто ненавидеть представителей соседнего лагеря, однако есть между ними нечто общее.
Крайне правые политики считают непреложным фактом, что люди не рождаются равными и свободными в своих правах. По их мнению, самой природой предопределено превосходство одних групп людей над другими, исходя из этого, не может идти никакой речи о социальном равенстве внутри одного государства. Причины этого превосходства могут быть совершенно разными – раса, национальность, вера, язык, культура.
Поэтому ультраправые взгляды особенно популярны среди людей, считающих себя в чем-то обделенными, несостоявшимися в жизни и страстно желающими возложить на это ответственность на «инородцев», «жидов», «черных» и прочих не похожих на них.
Точки опоры
Крайне правые политики часто придерживаются взглядов разделения людей по группам, необходимости изоляции «высших» созданий от «низших». Дальними предками этих людей были, видимо, те, кто фанатично верил в то, что солнце и вся Вселенная вращаются вокруг них – «венцов творения» создателя.
Соответственно, активно эксплуатируется инстинктивное, подсознательное недоверие обычного человека к «чужаку», то есть представителю другой расы, национальности, религии. Исходя из этого, даже те, кто не знает, что значит «ультраправый», гармонично вписываются в их среду благодаря своим антииммиграционным, ксенофобским воззрениям.
Для слабых духом людей весьма соблазнительно принимать за бесспорную данность свое превосходство над другими исключительно по факту рождения в той или иной высшей касте. Не нужно работать над собой, учиться чему-то новому, совершенствоваться, чтобы превзойти конкурента, который по определению стоит на более низшей ступени.
Неонацизм как воплощение ультраправых взглядов
Временем всплеска радикальных взглядов в Европе были тридцатые годы, когда практически на половине континента к власти пришли более или менее откровенные фашисты и шовинисты, причем сделали это при общенародной поддержке.
Главный выразитель ультраправых взглядов, которым по прихоти истории стал истеричный, неудавшийся художник из Австрии, решил объединить весь мир под властью «избранной расы» и организовал страшную бойню. Все завершилось полным разгромом нацистской машины и кажущимся крахом ультраправых идей.
Побежденным никто не сочувствует, ультраправые партии и организации были дискредитированы и распущены, казалось, что сама идея возрождения нацистской идеи просто физически невозможна. Однако, спустя пару десятилетий стали понемногу поднимать голову представители крайне правого крыла. В ФРГ наиболее типичным представителем неонацизма стала Национально-демократическая партия Германии.
Маскируясь под невинными символами, используя дешевую демагогию, подобные политики стали снова играть на недовольстве людей существующим положением, предлагать готовые быстрые решения проблем, возлагать ответственность на «чужаков».
Ультрас Европы
Последние десять лет стали серьезным испытанием для общеевропейского дома. Глобальный кризис, чувствительно задевший своей тенью Евросоюз, стал мощным катализатором для расцвета ультраправых партий. Чем хуже для власти – тем лучше для оппозиции. Организации и движения, считающиеся глубоко маргинальными, неожиданно обрели вес и стали получать возрастающую поддержку в обществе.
Они стали играть на самых больных струнах – проблемах миграции и адаптации выходцев из Африки и Азии, экономическом кризисе, социальных проблемах. Балансируя на грани дозволенного, в парламенты, региональные представительства своих стран стали пробиваться ультраправые организации многих государств континента. Во Франции – Национальный фронт, в Греции – «Золотая заря», в Венгрии – «Йоббик», в Великобритании – Британская национальная партия.
Идеи и лозунги этих партий включали в себя крайний евроскептицизм, призыв к возвращению к своим национальным границам и демонтаж Евросоюза, жесткая политика по отношению к мигрантам, упор на национальные особенности и возвращение к традиционным ценностям.
Российские ультрас
Конец восьмидесятых годов прошлого века стал временем расцвета ультраправой идеи в России. Сама мысль отцепить от себя относительно «отсталые» республики Средней Азии и Закавказья и отправиться налегке в свободное плавание стала выражением радикализации всего российского общества.
В этих условиях разного рода ультраправые в России подняли голову, националистические организации стали расти, как плесень в сыром и затхлом подвале.
Самым мощным и влиятельным из неонацистских движений России стало Русское Национальное Единство, возглавляемое фюрером местного пошиба Александром Баркашовым. РНЕ даже не скрывало своих неонацистских взглядов, их символика до боли походила на нацистскую свастику, а Баркашов с дрожью в голосе говорил о Гитлере.
К концу девяностых годов из-за кризиса жанра в руководстве РНЕ возникли непреодолимые разногласия, движение распалось на несколько независимых частей и сегодня не имеет практически никакого влияния на общество.
Крах «Эдички»
Остальные ультраправые партии России не пользовались авторитетом и поддержкой населения, рождались и исчезали словно бабочки-однодневки.
Ультраправые – это общее название для разных групп людей, исповедующих такой широкий спектр идей и взглядов, что в лагере ультраправых могут оказаться самые злейшие враги по отношению друг к другу.
Правые (политика)
В политике правыми (наиболее крайние формы называют ультраправыми или праворадикальными) традиционно называются многие направления и идеологии, противоположные левым: правые выступают за естественное (за исключением радикальных правых) неравенство и придерживаются принципов капитализма.
Иное понимание: правая идеология — идеология социального господства, выражающая интересы господствующего социального класса или определенной властвующей группы внутри господствующего класса. Левая же идеология — идеология оппонирования власти, которая отрицает легитимность существующего господства и предъявляет политическую альтернативу, востребованную новыми господствующими группами или (и) нижними классами, претендующими на участие в распределении богатства и власти. [1]
Термины «правые» и «левые» возникли во времена Французской революции и касались расположения мест в парламенте. Сидевшие справа выступали за сохранение Старого порядка (монархии, аристократии и официальной церкви). Политика левых определена не так четко, потому что возникала во многом в качестве реакции на политику правых.
Содержание
История
Термины «правые» и «левые» впервые появились в французском Национальном Собрании времен Великой Французской революции. В нем возникли три направления: справа сидели фельяны — сторонники конституционной монархии; в центре сидели жирондисты — умеренные сторонники республики; слева сидели якобинцы, выступавшие за радикальные преобразования. Таким образом, изначально правыми называли тех, кто желает сохранить существующее положение (консерваторов), а левыми — тех, кто выступал за перемены (радикалов).
До середины XIX века либералы, выступавшие как за политические свободы, так и за свободу предпринимательства, рассматривались как левые. Но затем, с развитием социалистических идей, левыми стали называть прежде всего их сторонников, стремившихся к социальному равенству. Правые же партии выражали интересы монархистов, легитимистов, крупного землевладения и клерикалов.
В XX веке появилась идеология фашизма, сочетавшая радикальный этатизм и отрицание демократии с критикой социального неравенства — не случайно партия Гитлера называлась национал-социалистической рабочей партией. Фашистов традиционно относят к правым («крайне правым»), но они принципиально отличаются от либералов, которых сегодня относят к правым, поскольку они выступают за уменьшение участия государства в экономической жизни (в частности, за снижение налогов и расходов бюджета). Именно за такие убеждения правых либералов во второй половине XX века начали называть правыми, так как прежние традиционные правые (монархисты, клерикалы) утратили популярность.
В связи с тем, что двухполюсная политическая шкала («правые» и «левые») не позволяет достаточно корректно отразить взгляды как на роль государства в контроле жизни общества, так и на роль государства в обеспечении социального равенства, то всё чаще используется четырехполюсная шкала (диаграмма Нолана), предложенная американским либертарианцем Дэвидом Ноланом в 1970 г. [3] [4] :
Ультраправые — кто это
Какие принципы поддерживают ультраправые?
Их общим ядром является ориентация на этническую принадлежность, вопрос о юридическом равенстве людей, а также антиплюралистическое, антидемократическое и авторитарное социальное понимание.
Это находит политическое выражение в усилиях нацеленных на национальное государство в авторитарном «национальном сообществе».
Правый радикализм относится к политическому движению патриотических сил, которые хотят решать и преодолевать социальные и политические проблемы отечества с национальной политической точки зрения и ответственности.
Правые занимаются фундаментальной трансформацией преобладающих обстоятельств, иногда возвращаясь к традиции, даже без полного исключения нигилистического акта «феникса из пепла» как отчаянного предельного отношения, в крайнем значении слова, которое порой именую « правым экстремистом », что не всегда отвечает действительности.
Оправдывают меньшую ценность и правовой статус отдельных лиц и групп по этническим, культурным, духовным и биологическим различиям.
Не все иностранцы отвергаются, а скорее некоторые этнические, расовые и / или культурно чуждые группы, которые отклоняются от своей собственной, обычно не точно определяемой, нормы.
Различают положительные (приветственные) и отрицательные (нежелательные) инородные этносы и активное исключение второй группы.
Каждая ассимиляция происходит в два этапа: во-первых, ассимилянт чувствует себя частью новой культуры, используя новое ученое поведение.
По его внешности он едва ли узнаваем как чужой. Но только на втором этапе ассимиляционной работы это удается пройти путь от незнакомца до полноправного члена новой культуры, поскольку она только теперь потеряла всю память о странных предках и поэтому больше не может чувствовать себя обязанным этой древней культуре из-за ее отсутствия.
Поскольку образование и ассимиляция, то есть перевоспитание ребенка, всегда являются наиболее эффективными, он предоставляет соответствующие учреждения — школы для перевоспитания.
По всем другим различиям они подчеркивают естественную принадлежность человеческих групп к народу или нации, понимаемым как этническая принадлежность или раса.
Люди характеризуются биологическим происхождением, а также настолько культурно обособленными, что невозможно мирное, равное и самоопределяющееся сосуществование разных этнических групп в государстве.
Так что чрезмерный национализм именуют шовинизмом. Это возвышение собственного народа по отношению к другим народам и этносам.
Чтобы оправдать это, по-прежнему относятся к расовым теориям, что расистские аргументы должны служить очевидной научной объяснительной основой.
Их форма может варьироваться и зачастую имеет относительно четкие характеристики. «Люди» не всегда четко определены «расово», но часто описываются как имеющие этнопланетризм, который подчеркивает индивидуальные особенности народов, чтобы отличать их собственную линию от других народов и этнических меньшинств и предотвращать последствия концепции мультикультурализма.
Вместо превосходства своей нации эта концепция подчеркивает частичное превосходство своей культуры и имеет претензии к главенству.
В социальном дарвинизме принуждение к национальному самоутверждению постулируется как внутренне, так и внешне.
Правые активисты не видят возможности мирного сосуществования разных интересов и взглядов в государстве. Социальные конфликты и разногласия считаются вредными для общества.
Причина социальных конфликтов проявляется в неравенстве людей. Поэтому плюралистические политические институты должны быть заменены авторитарными.
Верховенство закона считается «подрывным» учреждением в качестве национального сообщества и его основ, как парламентской системы, демократической оппозиции и предоставление тех же фундаментальных прав, легитимности и / или усилий по интеграции людей другого происхождения и концепции мультикультурного общества также отвергаются и порочатся как «преступления против собственного народа».
Правые хотят заменить национальное государство авторитарным национальным сообществом.
Это характерно для авторитарных, иерархических и централизованных структур под руководством националистов, элита, ориентированная на понимание политики. Индивидуальное самоопределение и равные возможности борются за социальное единство.
Во внешнеполитических условиях, в зависимости от конкретной ситуации в стране, обычно следуют политика демаркации, военной и экономической власти, этнические «чистки» и / или территориальная экспансия, усиленная милитаризация.
«Невозможно — это не по-французски»: ультраправый журналист бросил вызов Макрону
Есть ли у политиков-националистов шанс прийти к власти во Франции
«Реконкиста»
Президентские выборы во Франции намечены на 10 апреля 2022 года. Пока президент страны Эммануэль Макрон тянет с официальным объявлением о втором сроке, его основные соперники начали активную агитацию.
Заявку на главную сенсацию кампании сделал публицист и журналист алжирско-еврейского происхождения, 63-летний Эрик Земмур, который в конце ноября объявил о своем выдвижении. Его предвыборным лозунгом стала фраза «Невозможно — это не по-французски», которую приписывают Наполеону.
5 декабря он провел под Парижем первый предвыборный митинг (из самой столицы его перенесли по соображениям безопасности после акции противников политика). Земмур не стесняется сравнивать себя с бывшим президентом США Дональдом Трампом, и, кажется, у него есть основания: он — политик правых взглядов без опыта, который набирает популярность у недовольных курсом правительства за счет популистских лозунгов.
Правда, радикальность француза превосходит американца: помимо призывов ограничить приток мигрантов-мусульман и критики традиционных СМИ, Земмур также активно воюет с феминистским движением и частично оправдывает коллаборационистский режим Виши времен Второй мировой. К примеру, он утверждал, что во время оккупации Франции нацистской Германией коллаборационисты якобы защищали евреев, что противоречит историческим фактам.
За разжигание ненависти и оскорбления в телевизионном эфире он уже дважды привлекался судом к ответственности в виде штрафа.
На прошедшем митинге 14 тыс. сторонников политика спели гимн Франции, после чего принялись скандировать «Земмур — президент!» и «Мы победим!», размахивая при этом трехцветным французским флагом.
«Мои противники хотят моей политической смерти, журналисты хотят моей социальной смерти, а джихадисты хотят моей смерти», — говорил со сцены сам Земмур.
Он также объявил о создании собственного политического движения «Реконкиста» (Reconquête, — от испанского «отвоевание», процесс возвращения пиренейскими христианами земель на Пиренейском полуострове, занятых маврскими эмиратами в VIII-XV веках).
На мероприятии также произошло сразу несколько стычек. В ходе одной из них пострадал и сам ньюсмейкер: кто-то из присутствующих попытался схватить его за горло, когда публицист шел на сцену. В итоге Земмур получил травму запястья, а нападавший был задержан. В другой потасовке с применением стульев схлестнулись сторонники популиста и пришедшие на митинг активисты в футболках «Нет расизму».
По словам французского политика, его победа может стать «началом отвоевания самой прекрасной страны в мире». Под этим подразумевалась, в первую очередь, вся та же борьба с массовой иммиграцией, преступностью приезжих и «исламо-леваками».
Более того, в ходе своего митинга Земмур выразил намерение вывести страну из-под единого военного командования НАТО и пообещал, что французы «не будут вассалами Европейского союза».
Ранее журналист критиковал антироссийские санкции и расширение НАТО к российским границам. Высказывал он и симпатию президенту страны Владимиру Путину, сравнивая его с знаменитым французским генералом Шарлем де Голлем за готовность «сказать нет Америке».
Есть ли шансы
В беседе с «Газетой.Ru» руководитель Центра французских исследований Института Европы РАН Юрий Рубинский выразил уверенность, что у Земмура никаких шансов стать президентом нет.
«Хотя он человек талантливый, я бы даже сказал, блестящий. Но его авантюра по выдвижению в президенты вписывается в очень своеобразную нынешнюю ситуацию во Франции. Земмур играет не просто на националистических и расистских настроениях, а он использует тяжелое ощущение французов, что страна в упадке, теряет национальную и культурную идентичность. Это и объясняет его успех», — сказал эксперт.
Согласно опросу компании Ipsos, большинство французов говорят, что они действительно не чувствуют себя как дома, как это было раньше (62%). 64% уверены, что иммигрантов стало слишком много в стране, и что они видят потребность в сильном лидере для восстановления законности и порядка (79%).
Заведующий сектором региональных проблем и конфликтов Отдела европейских политических исследований ИМЭМО РАН Павел Тимофеев в разговоре с «Газетой.Ru» согласился с тем, что шансы Земура выиграть президентские выборы невелики, даже если он выйдет во второй тур.
Оба эксперта сошлись в том, что объявление о президентских амбициях Земмура раскололо крайне правый фланг французской политики почти напополам. Кроме того, это сделало более сомнительным выход Марин Ле Пен во второй тур, как это было в 2017 году.
«Впрочем, сам Земмур тоже имеет не очень большой шанс на это. А уж шансы на победу у обоих — нулевые, несмотря на упавшую популярность Макрона, протесты «желтых жилетов» и другие проблемы. Так что это выдвижение двух ультраправых, конечно, на руку действующему президенту.
Если кто-то из пары Ле Пен — Земмур будет соперником Макрона во втором туре, то действующий президент, безусловно, переизберется», — уверен аналитик.
При этом Рубинский говорит, что появление фигуры Земмура в некотором смысле помогло Марин Ле Пен достичь желаемого — избавиться от репутации экстремистки, расистки и изоляционистки, так как публицист куда более радикален.
Согласно соцопросам, Земмур пока с переменным успехом борется за второе место в президентской гонке с другим крайне правым политиком — Марин Ле Пен (на конец ноября проигрывал ей — 13% против 19%).
Битва за правых
Помимо Ле Пен и Земмура, у французских правых в минувшие выходные появился третий кандидат, которого эксперты называют серьезным конкурентом даже для Макрона.
Речь идет о кандидате от правоцентристской партии «Республиканцы», главе столичного региона Франции Валери Пекресс, которую Рубинский считает более опасным конкурентом для Макрона, чем два упомянутых политика.
«Смотрите, что получается в целом. Левый фланг во Франции глубоко расколот, и сегодня их приход к власти исключен. На мой взгляд, реальные шансы на победу получили «Республиканцы», которые преодолели раскол в партии. Пекресс, безусловно, сильный и перспективный кандидат. Но ей надо привлечь разные категории французов — жителей и провинциальных, и крупных городов.
И вот если ей удастся пройти во второй тур, то вот это будет означать появление серьезного соперника у Макрона. Ведь она, по сути, — «второе издание Макрона», но в правом варианте. И при этом она не радикал даже уровня Ле Пен», — рассказывает о преимуществах позиции Пекресс эксперт.
Тимофеев же напоминает, что Пекресс пока не самый популярный правый политик в стране. По его мнению, ей еще только предстоит доказать, насколько она харизматичная и активная.
«За кого будут голосовать правые — пока сложно предсказать. Но то, как они проголосуют, и будет определять во многом исход кампании, по крайней мере, в первом туре. К слову, к этой части электората также присматривается и Макрон», — говорит эксперт.
Действующий глава государства по опросам общественного мнения пока сохраняет первую строчку с 23%. При этом он пока так официально и не объявил о своих планах снова баллотироваться. При этом часть его действий уже вполне напоминают предвыборные, например, он пообещал отложить проведение пенсионной реформы (полную пенсию хотели платить с 64, а не 62 лет), против которой во Франции проходили массовые забастовки.